Помоги мне взлететь

– Молодые, красивые, сильные, богатые…и к тому же драконы! Будешь орешки?

– Сильви, и ты туда же? – шикнула я, беря из протянутой пачки арахис в шоколаде – Я думала, хотя бы ты нормальная! Марлена вот бредит наяву который день. Я даже спать с ней в одной комнате боюсь. Сидит полночи вздыхает, как полоумная по своему огенному. И такие жуткие взгляды кидает, что я уже боюсь, у нее ненароком третий глаз откроется.

– Ну с Марленой всегда было все понятно! Впрочем неудивительно, Альнар такой горячий! А ей, как северянке, как раз не хватает огонька – обрадовалась Сильви, проигнорировав все остальное.

– А я хочу, чтобы на меня обратил внимание ледяной Рэмиль. – она вздохнула так мечтательно, что мне стало жутко. Снова протянула мне пачку с орешками – Не могу отвести взгляда от его серых глаз. Уверена, что за этим льдом скрывается настоящее пламя!

Сильви попыталась пригладить свои пушистые рыжие кудри и снова деловито поправила очки. Ее курносый носик и мягкие щечки алели нетерпеливым румянцем, пухлые ручки нервно теребили край черного пиджака, а правая нога еле слышно вытукивала по паркету ритм.

Если Марлена с первого курса вздыхала по Альнару, собирала о нем всю информацию и обвешала всю нашу спальну портретами наследника, то к обычно рассудительной и последовательной Сильви у меня были вопросы. И первым из них было: Неужели тебя покусала моя соседка и заразила помешательством? Стоит ли мне переехать на время в кому-нибудь другому во избежание заражения? Да хоть к надменной Тине или одной из ее подружек – потерплю пару недель, зато останусь в добром здравии.

– Мне пора начать продавать амулеты прояснения сознания – я сочувственно потрепала подружку по плечу.

– Они не будут пользоваться спросом – улыбнулась та и высыпала остатки орешков себе в рот. Скомкала пакетик и снова воззрилась на меня – Так в чьей ты команде?

Я хотела было ответить, что я в команде любителей кофе и гонок на байках, но тут преподаватели расселись на расставленных за кафедрой стульях и замерли, грозно поглядывая сверху вниз на своих подопечных.

Магистр Олейна, все еще пытаясь утихомирить разошедшихся не на шутку первокурсников, вдруг щелкнула пальцами и с ноткой угрозы в голосе тихо бросила:

- Те, кто не замолкнет, будут сглажены заклятием немоты до конца недели.

Каким-то чудом это услышала даже галерка. Черно-белый вихрь студентов вдруг затих, замер и послушно уселся на места. Лишь изредка воцарившееся безмолвие нарушал чей-нибудь нетерпеливый вздох.