Шанакарт. Тайны Сумрака

— Твоё описание жизни больше похоже на описание смерти.

— Возможно, это не такие уж и разные понятия.

— Опять ты несерьёзен.

— Какой смысл относиться к чему-либо серьёзно, если всё постоянно меняется?

— Я даже не знаю, что тебе на это сказать, — призналась Шелара после недолгого молчания. — Мне всегда казалось, что вечная жизнь таит множество возможностей, какой-то особый смысл. Я смотрела на эльфов в Лерде, и думала, как же интересно жить наравне с Вечностью, постигать её тайны, хранить память о прошлом.

— Я открою тебе секрет: сами эльфы тоже стараются себя убедить, что всё так и обстоит.

Но, на самом деле, от всего слишком быстро устаёшь, и хочешь послать эту Вечность с её знаниями ко всем… богам.

Несколько минут Шелара молчала. Созерцая проплывающий мимо радостный летний пейзаж, она глубоко ушла в свои мысли, пытаясь принять его слова, как новое открытие. И пытаясь пересмотреть свои представления об избранных Богами существах. Получалось плохо. Мимо текли вереницы пышных кустов, высоких деревьев и ярких диких цветов.

Всё вокруг цвело и жило, и не уставало от этого, как один беловолосый арши. Похоже, кому-то просто не хватало смысла жизни.

Шелара заправила непослушную чёрную прядку за ухо и вновь обернулась к своему собеседнику.

— Расскажи мне лучше про арши. Кто вы? Откуда? Почему все так из-за броши всполошились?

— Да-а… Кто же такие арши? — протянул Шерри, щурясь на солнце, как кот. — Сложный вопрос. Это было так давно, что мы сами теперь довольствуемся историями из легенд. Одно могу сказать точно: арши — стихийные демоны, невероятным образом обретшие плоть, но плоть эта не меняет сущности.

Демоны остаются демонами.

— Именно поэтому вы бессмертны?

— Да. Но бессмертие это условное. То есть, мы способны жить вечно, если эту жизнь ничто не будет прерывать.

— То есть, ножом в вас лучше не тыкать?

— Да, это как минимум, чревато серьёзными последствиями. А если более серьёзно, то, если нас всё-таки умудриться убить, мы действительно умираем, как и эльфы. Но, в отличие от них, у нас умирает только плоть, не сущность.

А затем мы рождаемся в новом теле для новой жизни. Демоны вечны, забывая прошлое, мы обретаем новую оболочку. Поэтому число арши в Шанакарте всегда примерно одинаковое.

— А есть кто-то, кто живёт дольше всех?

Он кивнул:

— Есть один чудак из первого Совета Старейшин, он ещё самого Астеля помнит. Мерзкий, хочу сказать, старикашка. Иногда мне кажется, что он живёт только ради того, чтобы другим существование мёдом не казалось.