Отомстить демону, или Ведьма выходит на тропу войны

В итоге парень плюнул на ненужный спектакль и прямо спросил: – Здесь есть, чего бояться?

Я сначала послала импульс в гостиную, зажигая там все имеющиеся свечи, после проделала то же самое с дальним коридором и кухней, и только после этого, чувствуя себя так куда спокойнее, расправила юбку платья... только сейчас вспомнила, что оно ночное – не лучший наряд гостей принимать, но кому какое дело, верно? Мне вот никакого не было. Магу, судя по всему, тоже.

В общем, развернувшись и сделав шаг назад, а то некоторые совсем близко подобрались и теперь едва ли нос в чужой дом не засовывали, я натянула на лицо невозмутимое выражение и решительно заявила:

–Со всеми своими проблемами я разберусь самостоятельно, всего недоброго.

И ведьма, чувствуя странное удовлетворение от вида мрачной морды мага, перед этой самой мордой с грохотом захлопнула дверь.

Секунду ничего не происходило.

В следующую бедное деревянное изделие осыпалось чёрным пеплом...

–Ты, – я натурально потрясением подавилась, переводя шокированный взгляд с пепла на наглого мага, только что мою дверь сжегшего!

–Я предупреждал, – меланхолично заявил этот.

Это если он дверь без напряжения испепелил, то и с человеком так может? Меня он тоже вот так просто сжечь способен?

Стало страшно. Очень, очень страшно... секунд на пять всего. Ровно столько понадобилось на то, чтобы вспомнить, что ведьм не просто так даже сильные маги опасаются.

–Трындец, – решила верно звереющая ведьма.

–Мне? – Проявил маг чудеса сообразительности.

–Тебе-тебе, – пообещала, посылая молчаливый призыв метле – главному оружию в руках любой женщины. – И друзьям твоим, и Иру... всем трындец.

Испугался ли он? Как бы не так!

Не чувствуя даже волнения, маг оттолкнулся от косяка, на который продолжал ладонями опираться, показательно отошёл на два шага назад и жестом пригласил меня ничего не бояться, выходить и этот самый «трындец» ему устраивать.

Я бы вышла.

Но не успела.

Зазвенел колокол!

Я, выросшая в крупном городе с тремя десятками различных храмов и церквей, на этот звон не отреагировала никак, а вот Айзек в одно мгновение стёр с лица и намёк на расслабленность и веселье, стал очень серьёзным, собранным, сосредоточенным.

–Прорыв защиты города, – не знаю даже, самому себе он это сказал или слова предназначались мне.