Просто вернись...

Я поговорю об этом с твоим отцом.

Тем же вечером он общался с Неритом и Сатией. И вовсе не из-за драки и разбитого лица сыновей. Сатия спросила о найденке.

– Отдай нам ее, Хаид. У вас есть дочь, – сказала она с надеждой в голосе. Нерит стоял рядом, обнимая ее за плечи и молчаливо поддерживая. Так было принято. Если находились сироты, то за ними приходили оба супруга, желавшие забрать к себе домой малыша.

– У вас пятеро детей, Сатия. Это – нелегкое бремя, – ответил Хаид весомо.

Она согласно кивнула. Дочь она очень хотела, но им уже предстояло поднять, выучить и женить пять сыновей.

Даже если мальчики трудолюбием пойдут в отца, все равно это будет тяжко.

Видя волнение жены, Хаид тепло улыбнулся.

– Наш старший сын уже в драке отстаивал права семьи на малышку, –сказал он, – Конечно, она останется у нас. Я же вижу, как вы все к ней относитесь.

Ялма прерывисто вздохнула и порывисто обняла мужа. Затем украдкой смахнула слезы, спрятав лицо в складках мужниной рубашки. Медленно отстранилась, положив ему ладони на плечи.

Муж отведя свои испачканные руки в стороны, молча, смотрел на нее.

– А ты? – тихо спросила она, – Как ты относишься к малышке?

– Как к маленькой сестре наших сыновей и дочери, –улыбнулся он, –я давно заметил, что она очень похожа на Кару в ее возрасте. Море нам подкинуло дочку, и мы от нее не откажемся. И не потому, что она - дар Богов. Видят Боги, она будет нам не менее родной, чем другие наши дети.

Ялма заплакала, ее лицо сморщилось. Она снова прижалась к мужу, согнувшись.

Хаид осторожно, чистой тыльной локтевой стороной руки подтолкнул жену на свои расставленные колени. Дождавшись, когда она присядет на правую ногу, он слегка прижал ее к себе, все также боясь перепачкать ее. Затем он бросил рыбу, которую держал в левой руке, не глядя, в одну из корзин.

– Ей надо дать имя, моя птичка, – сказал он, потеревшись щекой о макушку жены, – она не может быть и дальше безымянной. Это нехорошо.

Он укоризненно покачал головой, даже не зная, какое имя можно дать маленькой, худенькой девчушке лет пяти на вид, что появилась так неожиданно у них в доме.

Птичка? Пичужка? Хаид усмехнулся. Девочка и впрямь была похожа на Кару, которая– маленькой копией матери.

Ялма отстранилась, вытерла слезы, в очередной раз размазав чешую теперь уже по лицу. Поморщилась, ощутив это, и наконец разглядев, что ее правая рука испачкана, ответила:

– Кастия. Когда я нашла ее, она лежала частично в воде и вся в морской пене. И ей тоже нравится это имя.