Любовь Зла. На побегушках у демона

Рони вздохнула, положила сломанную дверную ручку в угол и вошла следом.

В воздухе пахло тухлыми тряпками и плесенью. В коридоре не горел свет, но Палачу это нисколько не мешало. Демон же: наверняка, в темноте прекрасно ориентируется. Впрочем, Рони тоже. Зрение быстро перестроилось…

… в конце коридора виднелась лестница.

Поднявшись на второй этаж, Палач постучал в первую же дверь жилой комнаты и выломал её, после того, как никто не открыл.

– Вот поэтому тебя никто не любит, – прокомментировала Рони, поправляя очки на носу.

– А мне не нужно, чтобы меня любили. Достаточно, чтобы боялись, – парировал он и вошёл в комнату.

Подошёл к лежанке из старых матрасов и вздёрнул за шкирку, спящего на ней демона. Хорошо, перчатки надел…

– Рассказывай: видел исчезновение Норигамы четыре дня назад?

Рони на секунду прикрыла глаза.

Краснокожий демон в руке Палача извивался, недоумённо моргая. Жалкое зрелище.

– Так ты ничего не добьёшься, – констатировала Рони, украдкой разглядывая скудное жилище рабочего демона.

– Ты понимаешь? – флегматично спросил Палач, встряхнув демона, как мешок с отходами. Вот это силища, конечно. Демон-то не маленький. Крепкий. Мышцы каменные будто, морда квадратная, массивные рога. Такие – только очень крепкая голова выдержать может…

– Не понимаю, – прохрипел он, переведя жалобный взгляд огненных глаз на Рони. – Что я сделал?

Палач разжал руку, и несчастный демон с грохотом приземлился на пол.

– Ночью, четыре дня назад, под окнами вашего дома пропала госпожа Норигама, – произнесла Рони, присаживаясь рядом с рабочим на корточки.

Палач подошёл к окну.

– Здесь такой слой сажи и пыли… Мы зря тратим время, – произнёс он, повернувшись.

– Почему ты пахнешь Палачом? – вместо ответа на вопрос, полюбопытствовал демон, уже обнюхивая Рони. – Ты его кормилица? Сколько хочешь за кровь?

Рони резко встала и поправила пиджак.

– Ты прав. Мы зря тратим время, – развернулась и направилась на выход. – Не забудь дверь поставить на место, – бросила, не оборачиваясь.

Удивительно, но Палач послушно поставил дверь на место и даже попытался насадить её на сломанные петли.

– Спросите у Сальмы! Она на третьем этаже живёт, комната, как у меня, – донёсся голос рабочего.

Рони улыбнулась.

– Уже что-то. Идём? – Палач неприязненно поморщился.