Ведьма для принца-дракона, или Ошибка на боевом факультете

Если бы Ронан не оказался рядом, я…

 «Да, всё было бы куда хуже», – соглашается Рум в мыслях.

 Класс. Дела и правда плохи.

 – Пошли в лазарет, – Ронан выпрямляется и подает мне руку. – Пусть осмотрят тебя.

 – Н-нет, не нужно. Я… мне просто отдохнуть надо.

 – Слушай, это серьёзно, – огрызается дракон. – Нравится тебе или нет, мы сейчас связаны. Скрывать не буду, мне выгодно от тебя избавиться, но не такими кардинальными методами.

 Ага, конечно. Пойду сейчас в лазарет, там начнётся осмотр и почти наверняка выяснится, что Элизар совсем не тот, за кого себя выдаёт.

Ну уж нет.

 – Нет, спасибо, – медленно выдыхаю. – Спасибо за помощь, правда. Я… пойду, наверное.

 Напарник не удерживает. Дёргает плечом, мол, дело твоё.

 – Может, с голодухи у тебя? Я пойду переодеваться, потом в таверну, – в его глазах мерцают нехорошие искорки. – Пойдёшь?

 Ага, ты туда явно не поесть намылился.

 Проклятье. Мне бы тоже надо, но не потому, что он придёт.

Работы под вечер наверняка много, а я на тренировке этой задержалась, Грида будет ругать…

 – Нет, спасибо, – отмахиваюсь и пытаюсь придать себе максимально неподозрительный вид. – Мне ещё утрясти нужно всякое… Я не рассчитывал, что… буду учиться не по обычной программе первокурсника.

 Ронан хмыкает и отводит взгляд. Вроде собирается что-то сказать, но потом передумывает, разворачивается и уходит, махнув мне рукой. Медленно выдыхаю. Блин, теперь надо поспешить.

Привести себя в порядок и тоже бежать в таверну.

 Ноги жалобно протестуют движению, но я всё равно заставляю себя идти. Ронан уходит в сторону академии, я в сторону ворот, но добежать не успеваю.

 Проходя мимо трибун, слышу странный звук. Сперва кажется, кошка или котёнок мяукает, но, подойдя ближе, понимаю, что это человек. Плачет. Нет, ну мимо такого я пройти не могу.

 – Эй, кто тут? – подхожу ближе, и плач тут же утихает. – Ты в порядке? Я могу помочь?

 – Нет.

Уходи, – слышится хриплый женский голос. Явно давно плачет.

 – Как же я уйду? – я вижу девушку, как-то забравшуюся внутрь трибуны, но пока не могу рассмотреть её. – Я не могу тебя тут бросить. Вылезай. Вдруг помочь смогу. Ну?

 – Не сможешь! Никто мне не поможет! Ты понятия не имеешь, как быть, если твой отец – тиран!

 – О, отлично могу, – хмыкаю я. – Только у меня мать.

 Тут же осекаюсь.