Крапивник

- Пока, мам, - она послушно последовала за дядей.

Дверца за ними закрылась, извозчик забрался на козлы.

- Пш-шла! – выкрикнул неприятный тип, и лошадь двинулась вперёд.

Правая рука непроизвольно сжала подол юбки. Мир вокруг стал нечётким, как рисунок слишком жидкой краской.

Пойду рисовать. Холст – самый терпеливый слушатель…

Главы 6-12. Луна.

…

6. Луна.

…

Кибитка отчего-то подпрыгнула, извозчик что-то закричал лошади. Я чуть не рухнула с жёсткой скамьи. Кажется, задремала.

- Ты давай аккуратнее, - дядя постучал по потолку.

У него из-за тряски свалился на пол бутерброд.

- Почти приехали, - донеслось снаружи повозки.

Я отодвинула грязную шторку и выглянула в окно. Пейзаж не радовал, ведь из него выходило, что Трое-Город – это крайне тихое, даже глухое место, где из развлечений только драки пьяниц и беготня с ужасно крикливыми детьми. В редких домах было два этажа, а трёхэтажных не имелось как таковых. Я не люблю суету, но даже для меня это слишком…

Дети побежали вслед за повозкой, цепляясь за неё, от этого она сильно раскачивалась.

Кажется, в число моих любимых занятий скоро войдёт избиение особо раздражающих.

Повозка остановилась возле большого дома.

Извозчик открыл нам дверь. Думаю, раньше он работал у кого-то из аристократов. Выдают соответствующие манеры и выправка. Уволили его, должно быть по каким-то личным причинам, ибо серьёзных увечий или следов пагубных привычек я не вижу.

Дядя выскочил из повозки. Я вслед за ним.

По двору двухэтажного здания с клумбами, отделённого от улицы и домов метровой пародией на забор, носилась собака. Рыже-коричневая, средних размеров. Она громко лаяла на нас, перегораживала дорожку к крыльцу, но к забору не подбегала.

- Привет, славная собака, - поздоровалась я, но она лишь старательней принялась оборонять дом. Ну не хочет дружить, тогда дождёмся хозяина.

Едва я об этом подумала, дверь открылась. По ступенькам сошёл улыбчивый старик. Низкий, седой, с заметной проплешиной.

Сразу бросалась в глаза фигура: он не был полным, или хотя бы толстым, нет, он именно заплыл жиром и, кажется, опух. Не знаю, что за болезнь, но, готова поспорить, это её тяжёлая стадия.

- Прада, место, - голос у него соответствовал внешности: дребезжащий старческий.

Собака притихла, но до калитки следовала за хозяином.

Он открыл защёлку, запуская нас с дядей. Собака бросилась обнюхивать чужаков.

- Вы не бойтесь, она не кусается.