Крапивник

- Ну что Вы, прекрасные дамы всегда юны. Вам сосиску, я правильно понял?

- Да. Одну, пожалуйста.

- Что-то убрать-добавить?

- Положите побольше огурцов.

Пока продавец готовил, я отсчитала деньги и уперлась спиной в стену домика – спина начала ужасно ныть.

Я обвела видимую часть парка взглядом, в поисках свободной лавочки, но обнаружила лишь низкую каменную оградку вдоль дороги, призванную показывать начало резкого склона.

На ней сидели женщина и ребёнок, очевидно, тоже не нашли места на скамейках. Я снова вспомнила о дочке.

Как только вернётся, позову погулять по этому парку. А почему бы и нет? Просто пройдёмся.

Какой-то мерзкий голосок, выглянув из глубины разума, напомнил про её учителя.

…Эдмунд…

После стольких лет… Как мне с ним общаться? Он ни разу не написал мне с начала года, а мне ему писать было не о чем. Мы встретимся примерно через два месяца. О чём мы будем говорить? Как мне с ним поздороваться? Стоит ли обнять при встрече? Ведь хочется…

Равно как и влепить пощёчину, за то, что не сказал о разрыве.

Я виновата, не спорю. Ведь не осуждаю его за решение уйти, но можно же было сказать всё в лицо, а не сбегать втихую! Трус.

- Ваш заказ, мадам, - из окошка высунулась рука с булочкой.

- Благодарю, - я вручила деньги, отошла с покупкой к оградке и села на холодный камень – платье довольно тёплое – может, ничего и не застужу.

Я вдохнула приятный запах. Меня не тошнит от этой еды! Неужели, наконец, нормально поем?!

Хрустящая корочка булочки стала крошиться при попытке укусить.

Мягкий, слегка пряный вкус мяса ничуть не отличался от того, который я помнила. Я неспешно, стараясь не измазаться, откусывала хлебные бока и сосиску по маленькому кусочку. Откусить один большой кусок я не могла. Вернее, может, чисто физически я и была на это способна, в конце концов, Эдмунд именно так и ел, измазывая параллельно половину лица в соусе и крошках, но мне так поступать не позволяло воспитание.

Я живо представила паренька с красным от соуса длинным носом и полным воротником крошек.

Он постоянно говорил с набитым ртом, куда-то спешил и агитировал меня заниматься незнамо чем. Первое время меня это подбешивало, но без этого его свойства я, вероятно, не любила бы Эда так сильно. Бодрый, энергичный, со своими тараканами и недостатками – он не давал скучать и быстро запоминался…

Спину сковала резкая боль. Я чуть не выронила сосиску. Кажется, лекарство перестаёт действовать. Нужно идти домой и принять ещё, пока я ещё не вою от боли.