Ведущая на свет

Как бы то ни было, еще чуть-чуть – и мне придется уйти, оставив его тут в одиночестве в компании с его приговором, но я могу ему дать сейчас лишь только свою молитву.

Крылья материализуются за спиной по моей воле. Материализуются и толкают меня в воздух над крестом Генри. Он поднимает голову, смотрит мне в лицо удивленными янтарными глазами. Я же – чуть подаюсь вперед, настолько близко, чтоб коснуться его влажного от пота лба своими губами. В эту секунду я не боюсь боли, что грозит мне, соприкоснись я с крестом хоть кончиком крыла.

Я готова принять это наказание, это малая плата за возможность приободрить этого демона.

– Держись, – шепчу я, ловя растерянный взгляд Генри.

А затем его оковы размыкаются, и демон падает на землю.

4. Свободный, голодный, демон!

Первые секунд пятнадцать Генриха окружает блаженная тишина. Молчат все – Пейтон, Миллер, девчонка… А Генрих лежит на земле неподвижно, пластом, не шевелясь ни единым мускулом. Наслаждаясь каждой секундой полного вкуса собственного чутья.

Свобода? Настоящая? Не сон? Не пустая греза, привидевшаяся в чутком болезненном забытьи?

Свобода… Её ни с чем нельзя перепутать. Больше не впиваются в кожу спины раскаленные зубы гнева Небес, в крови просыпается демоническая сила, а чутье с каждым вдохом начинает нести все больше информации. Кажется, им можно ощупать все на десять футов вокруг.

– Ах ты ж… – Изо рта Пейтона на свет рождается такое замысловатое ругательство, что Генриху даже удивительно, что этот занудный святоша в принципе знает такие слова.

Небеса, по идее, должны его за такое вот покарать немедленно. Молнией по макушке. Ну демону бы за такое точно бы досталось, а архангелам, видимо, полагаются скидки.

Артур и без молнии приходит в себя быстрее всех, земля вдруг начинает мелко дрожать. За спиной Генриха с сухим неприятным звуком выворачивается из земли его крест, выворачивается, поднимается в воздух, едва не задев уже усевшегося на корточки демона по голове.

– Сэр… – с небес доносится встревоженный голос девчонки.

Генрих с удовольствием бы сейчас поразмышлял о ней, о произошедшем с ним, но, увы, Пейтон не дает ему времени на это. Дураку ясно, что Пейтон собирается вернуть Генриха на крест. А Генрих категорически не собирается на этот крест возвращаться.

Вот что угодно хотите, дорогие святоши, а за повторное распятие вам придется подраться.

– Мисс Виндроуз, выше. Взлетайте выше. Не лезьте под удар! – Артур срывается на крик. Такой тревожный, что невозможно не вздрогнуть.