Ведущая на свет

– Знаю только, что был амнистирован демон из исчадий.

– Не амнистирован! – Лили качает головой. – Числится сбежавшим. Агата, ну какие амнистии для исчадий, ну ты же знаешь – демонам с двойным кольцом в печати амнистия не полагается. А у исчадий их три.

– Ну с креста же он сошел…

– Ну… – Лили неопределенно пожимает плечами, – он просто очень сильный был, и оковы его не удержали. Так говорят.

– Много пострадавших? – я решаю перевести стрелки. О моем участии в освобождении Генри не сказали? Интересно, это потому что я ни при чем или почему-то еще?

– Четырнадцать младших стражей, три серафима и один архангел, – хмуря темные аккуратные бровки перечисляет Лили.

– Отравления легкие, мистер Пейтон сказал, слава богу, что ни одна душа не истощена.

– А Джон, Джон цел? – не удерживаюсь я. Пусть она сказала, что выпитых нет, но все-таки для того, чтобы облегченно вздохнуть – я не откажусь, чтобы она повторила.

– Мистер Миллер? – Лили тут же меняется в лице и крепко грустнеет. – Мистер Миллер был цел, да, но взял неделю отгулов на восстановление.

Его доставили в ужасном состоянии. Его отравление было слабее, чем у мистера Пейтона, но и мистер Миллер не архангел…

– Увы, да, – я вздыхаю все же с облегчением. Итак, Джо цел, хоть и пострадал.

– Кто там болтает вместо работы, – вдруг раздается над моей головой раздраженный рык мистера Пейтона – и, ей-богу, я впервые слышу от него такой яростный тон.

И вправду живой, уж не знаю, насколько целый, но у меня вроде нет слуховых галлюцинаций.

Тем более, что не я одна это слышу.

– Ой, – Лили втягивает голову в плечи и испуганно шепчет мне, – ой, Агата, сейчас нам не поздоровится. Он рвет и мечет со вчерашнего дня.

Ну, скажем честно, наиболее вероятно, что не поздоровится не нам, а лично мне. Есть у меня отчего-то такое смутное ощущение.

– Мисс Виндроуз, – Артур уже успел спуститься на несколько ступеней и сейчас смотрит на меня почти с вершины лестницы, упираясь локтями в её перила, – неужели это вы? Как милосердны Небеса, решившие, что я не вынесу трех дней разлуки с вашим… непрофессионализмом.

Есть ощущение, что вместо слова “непрофессионализм” мистер Пейтон хотел сказать “идиотизм”, но в последний момент воспитание одержало верх.

Но тон все равно такой ядовитый, что дохни сейчас Артур в стакан с водой – и выйдет отрава посильнее мышьяка.

“Надо было, наверное, переодеться”, – запоздало соображаю я. Так и не сменила ведь этих дурацких шорт.