Ведущая на свет

В глаза демону я смотрю спокойно и твердо, выдох за выдохом успокаивая собственно сердце. Ну что может быть сильно хуже, чем просто отравление? Разве только если он меня выпьет и растерзает душу в клочья. Но если бы хотел — уже бы выпил, да?

Демон смотрит на меня, глаза в глаза, и я вижу, как вертикальные его зрачки расширяются и сужаются, будто откликаясь на биение его сердца.

— Технику безопасности ты тоже проспала, птаха? — хриплым шепотом интересуется Генри, склоняя голову набок. — Ты не знаешь, что боль — это не самый лучший способ взаимодействия с демонами? Если делаешь больно, готовься к драке.

— О технике безопасности мне думать поздновато, раз я к тебе пришла, — я нервно дергаю уголком рта.

— Где твоя святая братия? — отрывисто спрашивает Генри, чуть болезненнее впиваясь когтями в мою шею. — И не ври мне, птаха, я ведь не посмотрю, что тебе должен. Сутки моего яда ты уже попробовала. Пятнадцать лет не хочешь?

Пятнадцать? Ох-хо. А ведь яд с зубов концентрированнее, говорят, и ощущения от него куда более неприятные.

— О чем ты вообще, — я морщусь и пытаюсь вжать шею в стену, лишь бы ослабить на мою кожу давление когтей, втайне мечтая, чтобы работали законы тех фильмов и сквозь стены можно было ходить, — я пришла одна.

— Одна? — повторяет Генри медленно, шумно втягивая воздух, явно принюхиваясь к моим эмоциям и недоверчиво глядя на меня.

— Да, одна, — осипшим голосом отвечаю я, — ты не мог бы отпустить мою шею? Мне больно.

Наверное, это самое глупое, что можно было сказать в этой ситуации.

Зато честное.

И эффективное — к моей неожиданности.

Рука Генри отдергивается даже слишком резко, он с неудовольствием косится на нее, будто и не хозяин ей вовсе. Встряхивает кистью, вновь придавая ей человеческий вид. Ну что ж, какая-то динамика в нашем диалоге уже наблюдается.

И с секунду демон просто стоит надо мной, упираясь рукой в стену рядом с моим правым ухом, и смотрит на меня пронзительно и слегка пугающе. Но он на меня не нападает.

Что бы там ни говорил мистер Пейтон - смотрит на меня, что-то думает, но не бросается, пытаясь выпить душу. И это исчадие ада, да, по-прежнему. То самое голодное зверье, которым пугал меня мой бывший начальник.

И я почему-то смертельно довольна, удовлетворена самим фактом ненападения гораздо больше, чем могла бы. Дело совсем не в целости моей души.

— Как ты меня нашла? — наконец резко спрашивает демон.

— Я… — я запинаюсь, сомневаясь, что стоит рассказывать.