Демонический отбор. Захомутать и обезвредить

— Конечно же, знает! Ну, о чем вы? Не волнуйтесь так, с вашим давлением противопоказано нервничать. Как думаете, император вообще красивый? — спешно перевела тему. — Стоит он того?

Дядюшка Том развел руками.

— Скорее всего.

— А чего тогда ищет невесту нетрадиционным способом?

— Может, глаза разбегаются, выбрать не может? — усмехнулся мужчина и добавил: — Ладно, хватит болтать. Ехать надо, и так от срока отстаем. Нас по головке не погладят, коль опоздаем.

Я уселась обратно в повозку и, укутавшись в шаль, теребила висящий на шее кулон в форме буквы «V».

Может быть, нам с братом суждено встретиться? Сколько я его не видела? Года два. Сначала он ещё писал, а потом стал отписываться коротко: «всё нормально» или «рассказать не о чем». Нашими делами не интересовался. Отец на материнские обиды сказал:

— Нечего слезы лить. Зазнался мальчишка в своей Иллиде, вот пусть и живет там. Мы ему не нужны, а он нам — тем более.

С тех пор разговоры про Стэна хоть и не запрещались, но сопровождались недовольными замечаниями со стороны папы. Было видно, что он тоже расстроен, но мужская принципиальность мешала признать это. Легче ведь просто отказаться от ребенка, чем написать:

«Мне тебя не хватает, сынок».

Ладно. Если встретимся с Стэном, я ему по голове настучу и заставлю тотчас поехать в гости к родителям. Ничего, не переломится.

Рога исчезли минут через пять. Что-то долго они в этот раз.

Оставшиеся дни прошли без приключений, а на седьмые сутки мы въехали в Иллиду.

Столица оказалась громкой, многоголосой, неспокойной. Нервной какой-то, словно ужаленная роем пчел. Мельтешил народ, по широким мостовым неслись лошади. Все куда-то спешили, а если кто-то из прохожих зазевался и ступил на ездовую дорогу — извозчики кричали на него, не останавливая коней.

Ой, мамочки.

Наш северный Росстар, в котором проживало всего тридцать тысяч человек, в сравнении с Иллидой казался большой деревней.

Брат и раньше писал, что в первые дни здесь можно сойти с ума от количества людей, но я думала — преувеличивает. Ничего подобного. Даже приуменьшал.

Матушки. Да чего же они все орут?!

Хотелось заткнуть уши пальцами и погрузиться в привычную тишину.

Повсюду искрило от переизбытка магии. Ею напитывались фонари, она шумела в трубах.

Тут даже были высотные дома! По-настоящему высотные, этажей в десять! Выложенные из серого камня, с кучей окон.