Академия волшебства. Элин

За чашкой чая преподаватели периодически упоминали, что третий председатель угрозами и золотом заполучил себе место, а волки, хоть правилами им это и запрещалось, любили побродить по территории после полуночи.

«Пробежимся?» — предложил Черный, чуя, что приятелям как раз это и нужно. Чтобы вытрясти из голов тяжелые мысли, чтобы снова почувствовать себя теми, кем они и являлись — молодыми и независимыми.

Волки дружно вскочили и рванули вверх по склону, позволив себе позабыть про иерархию. Но Черный не только нагнал их, но и в пару длинных прыжков унесся вперед, на деле доказывая, что не просто так подмял под себя и более старших волков, и весь академический молодняк перевертышей.

«Доброй ночи», — прошелестел в памяти Черного чужой голос, и, на миг запутавшись в ногах, волк не перепрыгнул полную тумана низину, а скатился вниз, на дно, утонув в сухих прошлогодних листьях и ломких ветках. Зарычав, волк вскочил и отряхнулся. Шерый и Рудый в азарте бега не заметили его промаха и унеслись вперед, довольно окликая друг друга воем.

«Доброй ночи», — мигнув из-за облака, ухмыльнулись звезды.

Черный потряс головой, пытаясь вытряхнуть оттуда чужой голос. Не вышло, тот уже нашел себе место, улегся теплой кошкой и, вытянув лапу, с любопытством тронул когтем сердце, отчего от холки к хвосту волка приятной волной прокатились мурашки.

Элин Демаро

— Элин?

Я оглянулась и не поверила, увидев в нескольких шагах от себя маму.

— Ты пришла? — спросила я, все еще не веря.

Она впервые решилась навестить меня, хотя до всех событий мы были почти неразлучны.

— Здравствуй, — улыбнулась она и присела рядом со мной на лавочку.

Я сорвала листик с куста рододендрона, заложила им страницу и сунула книгу в холщевый мешок, служивший мне сумкой.

— Я думала, ты навестишь меня раньше, — с толикой упрека сказала я матери, отвечая на ее бережные объятия.

— Я… переживала, — чуть запнувшись, призналась она. — Это все сложно. Ты же… понимаешь?

Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть.

Да, я понимала. Ведь слишком хорошо знала ту, кого считала своей матерью. Для нее, обычного человека, все произошедшее было не самым приятным сюрпризом. Воспитание требовало от госпожи Демаро держать лицо, но в душе мама, конечно же, не находила себе места от шока и растерянности.

— Я понимаю. Сама пока не до конца приняла все, что случилось.

— Элин, я просила магов пока не рассказывать тебе обо всем… — начала было мама, но я ее перебила:

— Поздно.