Академия Междумирья. Дикая магия и прочие неприятности

И как только к нам провалилась?

Прямо представилась картина, как жрецы воображаемого хавранского храма выбрасывают ненужный хлам в первый подвернувшийся портал. Такая себе междумирская мусорка…

– Какой экземпля-я-яр! – пропела ученая, сверяясь с результатом магического сканирования.

Плохо скрывая накативший исследовательский экстаз, она припала к каменной груди князя и тяжело задышала, разыскивая в пустом остекленевшем взгляде высший смысл.

– Как удивительна культура пустой Хавраны, да? – с восторгом прошептала она, оглаживая дрожащими пальцами разлет демонических плеч.

– Как искусно, как уникально ее творение… Он будто бы живой. Видите? Вот-вот проронит первое слово. Или последнее…

Да лучше бы не проронил. Я зыркнула на экспонат и взглядом велела молчать. Он потом мне все выскажет… Когда стряхнет с себя «пыль поколений» и выберется из защитного кокона, которым его деловито окружала сирра.

Спустя минуту «выдающийся экземпляр» был полностью упакован, окутан тросиками перемещающих чар и готов к транспортировке.

– Из Хавраны давно ничего не появлялось, – молодая ученая поправила окуляры на носу, поставила на бирочке именной штампик и выдала мне сопровождающие документы. – Попечитель серватория будет в восторге. Везите на десятый.

***

У подъемника толпились незнакомые сиры. Целая делегация в синих плащах! Потянув чарами «экспонат», я резко свернула к лестницам.

Статуя послушно поплыла вслед за мной, приподнимаясь над ступеньками на пару ладоней. Иногда казалось, что за плечом кто-то угрожающе шипит, я оборачивалась… и видела все тот же окаменелый лик князя.

Померещилось.

Медленно, но упорно миновав два пролета, я остановилась перевести дух. Не столько тяжело было тащить за собой этого упрямого хеккара, сколько страшно. Нельзя вляпываться еще сильнее: пока дядя в отпуске, некому будет вытащить меня из неприятностей.

Поглядев с укором на демона, который что в одушевленном, что в неодушевленном виде создавал мне кучу проблем, я попыталась вызволить его руку из каменного кармана.

Где-то там, в плаще, болтался мамин браслет. Но нет, ни гхарра не вышло: отвердевшая ткань не поддалась, это был единый монолит.

– Арх тебя дернул в это ввязаться, Рита! – прошептала сама себе, уволакивая «экспонат» все выше. – Могла бы отметить день рождения, как все нормальные. Собрать шумную вечеринку в дядином доме, позвать однокурсниц… И однокурсников… И никаких подарков из пентаграммы…

Я сдула пряди, налипшие на взмокший лоб.