Академия Междумирья. Дикая магия и прочие неприятности

Мять такой светлый, пушистый ковер грязной уличной обувью – верх бесстыдства.

– Но ведь сегодня не обычный день, верно? – поспорил со мной ректор и настойчиво вложил в руку бокал. – Вы стали совсем взрослой. И мы отмечаем ваш праздник.

Ладно, от пары глотков мне не поплохеет. Тем более, такое я уже пробовала – на совершеннолетии Тайки. Я запомнила золотую этикетку с ромбиками только потому, что девочки по очереди пытались открыть непокорный сосуд. Как только ни били его, ни ругали и ни трясли, а у Клэя вот… рука мастера.

– Ну же, Рита, позвольте себе отдых в конце трудного дня, – сир Квентан приложил стекло к своим неприлично чувственным губам, но не торопился сделать глоток первым.

Он рассматривал мой рот, как хищный вирр, почуявший легкую добычу. И было в его жесте что-то столь порочное, а во взгляде – столь раздевающее… Что я разнервничалась и сделала три глотка подряд. Взрыв терпких пузырьков обволок горло, и я неловко качнулась – не привыкла к подобным штукам.

– Думаю, тебе пока хватит, – Клэй погладил мою щеку и вернул бокалы обратно на столик.

– Нужно убедиться, что нет непереносимости тхэ-ванской гурии. Мы же не хотим тебя случайно убить, да, Рита?

Холодная рука продолжала наглаживать щеку, но ощущения стали странными, приглушенными. Будто Клэй надел плотные кожаные перчатки или мое лицо покрылось непроницаемой корочкой.

– Если верить досье твоей матери, у нее была непереносимость синей эхесской, представляешь? – фыркнул Клэй. – Даже случались провалы в памяти.

Интересно, на всех уроженцев Танталы так действует? А ведь эхесская вода просто тонизирует резерв…

– А гурия? – прошептала, не узнавая свой голос. Я, может, и небольшой специалист по напиткам, но название на этикетке было другое. – Что делает гурия?

– Не бери в голову, Рита, – отмахнулся ректор и ушел от меня вперед, к центру гостиной.

Я бросила встревоженный взгляд в окно. Никого. Только звезды-медузы в синем небе, серые горы и пугающие лесные тени…

У самого края обрыва стояли магические доски, сложенные друг на друга.

Под каждой имелась яркая голубая полоса – признак напитанных энергией подъемных чар. На то Маунт-Грин и элитный курорт, чтобы желания гостей здесь угадывались заранее… Аксессуары для стремительного спуска зарядили задолго до того, как мы с Клэем сюда приехали.

Но чем больше я смотрела в горную темноту, тем явственнее понимала, что не решусь встать на архову доску и съехать вниз.