Народ Тархи

Лайда, и впрямь, серьезно принялась за сына. Но, зная Олеха, ни к чему хорошему это противоборство не приведет. Как бы худо не случилось.

- Великая Яхха в свое время отпустила Лучезара с миром,- напомнил степняк. Но Лайда только фыркнула:

- Великая Яхха, да упокоится её прах в Долине предков, была слишком добра. И с Лучезаром все иначе было - он родился и вырос за холмами.

Лайда порывисто схватила мужа за руку и сбросила маску Великой:

- Ярыш, отговори Олеха! Он только тебя послушает. Образумь сына! Там, за холмами, его может ждать опасность.

Но степняк покачал головой:

- Лайда, предводительница назвала его воином. Так пусть и станет воином, не век же ему в холмах отсиживаться. Думаю, кузни и каменоломни не изменят желания Олеха.

Ярыш покинул шатер, оставив Лайду в отчаянии.

Вечером Рогдай застал Олеха, когда тот со злостью собирал вещевой мешок.

- Эй, брат, ты, куда это собрался?

Олех поднял серые глаза на Рогдая:

- Великая меня в кузни решила сослать! Ну, уж нет, я так просто не сдамся! Сегодня же ночью покину холмы!

Рогдай, взъерошив свои черные кудри, уселся рядом с братом:

- Что, прямо сегодня? И куда ты пойдешь?

Олех дернул плечом:

- Знамо куда, в степь! А потом, может и к дядьке Лучезару в Княжеск.

Еще не решил толком.

Рогдай с завистью посмотрел на брата:

- Вот бы и мне с тобой.

И вдруг, загорелся этой мыслью, схватил Олеха за руку:

- А давай вместе уйдем! Мне тоже, страсть как охота за холмы выбраться!

Олех в раздумьях уставился на Рогдая, а потом мотнул головой:

- Нет.

Одно дело, когда я только за себя в ответе, а другое еще и за тебя отвечать.

Рогдай сразу взвился:

- А чего это тебе за меня отвечать? Я сам за себя ответ держать стану! Ты не смотри, что меня предводительница воином не назвала, это лишь из-за разницы в возрасте! Так ведь и мы не к врагам поедем, а к своим.

Олех с досадой осмотрел худую фигуру брата. Дело не только в годах, хотя разница в два года это много для холмов. Рогдай слишком порывист, сначала делает, потом думает.

Да и клинком владеть толком не умеет. А за холмами всяко может случиться. Как последнюю причину, Олех назвал позволение отца и матери. Но и тут Рогдай нашелся:

- А они и не против. Я сам их разговор слышал, матушка сказывала, что мне бы только на пользу пошло, ежели бы я выбрался за холмы.

Тут уж Олеху и возразить было нечего. Да может оно и лучше, вдвоем-то? И не скучно, и не так боязно. Все-таки степняки могут и неласково принять сына Ярыша.