Черная Кобра Императора

- Дженни, не медли, - машет Конрад, - мне нужен отчет Лафатена как можно скорее.

- Да, ваше величество, - она направляется к выходу и пересекается взглядом с Миритт. Дочь Конрада вежливо улыбается. Она была чуть ли не единственной из всей многочисленной династии Ларингов, кто не мечтал убить фаворитку императора. Дженни порой даже начинало казаться, что Миритт испытывает к Дженни если не теплые чувства, то по крайней мере не неприязнь. Но, привыкшая никому не доверять в этой жизни, кроме самой себя, Дженни сторонилась и ее.

Из покоев императора Дженни направилась в свою комнату, где аккуратно сняла с себя колье и платье. Ей нравилось обладать этими вещами и щекотать нервы придворным дамам, но она никогда не рискнет идти на задание одетой столь роскошно. Нет, неприметная одежда, темный плащ, закрывающий лицо - вот верные помощники Дженни, каждый раз, когда она выполняла те или иные поручения Конрада.

Так она поступила и сейчас. Простое крестьянское платье, башмаки, белый чепец, покрывающий ее волосы.

Подумав мгновение, Дженни вложила за пояс клинок, бумаги спрятала в корсаж.

Окинув взглядом свое отражение в зеркале, Дженни удовлетворенно вздохнула. Она готова.

Аккуратно отворив дверь, она направилась к задней лестнице, правда при этом ей нужно было пройти общий коридор. В это самое мгновение Кордесс подходил к покоям отца.

- Ваше высочество, смотрите, это же она, - шепнул почти благоговейно ему Томило, но принц уже сам заметил ее.

Кордесс резко шагнул к Дженни.

- Полагаю, в этом неожиданном желании отца видеть меня я должен благодарить вас? - проговорил он холодно.

- Отчасти, - отвечала уклончиво Дженни.

Ей нужно было торопиться, а принц по всей видимости намеревался снова изливать желчь.

- Удивительно какое влияние вы имеете на императора, - зло усмехнулся он, - по одному вашему слову отец снова готов общаться со своими детьми. Возможно, вы сможете повлиять на него и в части его отношений к моей матери?

Дженни подняла на него глаза.

Она понимала обиду Кордесса и желание защитить мать, но в том, что Конрад разорвал всякое общение с супругой не было ее вины. Но разве он ей поверит? Дженни всегда считала пустой тратой времени любые оправдания.

- Прошу прощения, ваше высочество, но я тороплюсь, - Дженни пожала плечами, и прежде чем Кордесс успел что-то ответить, проскользнула мимо и бесшумной тенью скрылась в незаметной двери, ведущей на черную лестницу.