Рыжее (не)счастье Темного

Сердце в груди учащенно забилось, но я и виду не подала. Зачем я нужна этим существам, вторгшимся в наш маленький мир и нарушившим в нем покой?

– Еще и Каиса слегла, – добавил мужчина, нахмурив густые черные брови.

– Небось, снова пила настойку Локи? Этот пройдоха колдовать отродясь не умел, – отмахнулась она, аккуратно складывая зашитую и выстиранную рубаху.

– Нет, – оборвал ее Господин на полуслове, – все дело в Темных. Она сбросила человеческую личину. Хотела добраться до Призрачного Дома на Холме побыстрее.

А тут из-за угла один из слуг Хана вынырнул, будь он неладен, – выругался мужчина, стукнув кулаком по столу. – Рысь словно околдованная уставилась на него. Не моргнуть, ни хвостом шевельнуть не могла. Темный волю зверя Каисы полностью подавил. Он словно душу из него выкачать хотел.

Бо взмахнула руками, и сложенные вещи упали к ее ногам бесформенной грудой тряпья.

– Это что же, получается, – воскликнула она, – зверя своего им показать нельзя?

– Тебе-то чего опасаться, твоя бобриха и без того уже забыла, как показываться, – усмехнулся Господин.

Бо промолчала. Поджав губу, она молча вернулась к домашним делам.

Выходит, ее зверь – это бобр? Глядя на эту женщину внушительных размеров я и предположить не могла, кто прячется под личиной человека.

Внезапно Господин перевел свой взгляд на меня. Он долго всматривался в мой облик, словно прикидывал в уме какие-то вычисления.

– Пора тебе, девочка, включаться в работу, – наконец произнес он.

Эти слова заставили меня ожить, встрепенуться. – Отправишься вместо Каисы в Призрачный Дом. Моди не даст тебе заблудиться. Насколько я знаю, договариваться ты неплохо умеешь, – добавил он, усмехнувшись.

Такому повороту событий я была только рада. Хан его знает, что требуется от меня. Но что бы там ни было, это все же лучше, чем дни напролет сидеть взаперти.

Глава 5

Рано утром, на рассвете, я впервые покинула дом Господина.

Стоя на крыльце, я жадно вдыхала холодный, морозный воздух. С неба больше не падали белые мухи. Они лежали на земле огромными кучами, которые Бо называла не иначе как сугробами. Дорожки, крыши домов – все было усыпано снегом.

Моди вынырнул из-за угла. Вид у него был такой, словно он уходил от погони. Раскрасневшиеся щеки, взъерошенная челка, которую он безуспешно пытался пригладить, учащенное дыхание. Я вытянула шею и заглянула за выбеленную стену дома.