Ректор, держи штаны крепче!

— Особенно если получится побыстрее избавиться от ректора… Тогда вообще в шоколаде будем!

— Но мы постараемся сделать все как можно быстрее! — предупредил Кори. — Не переживай, всем необходимым мы тебя обеспечим…

— Да вы… Я… А-а-а! — От злости и обиды у меня закончились слова, а предательские слезы все-таки покатились из глаз.

Я вскочила с места, выбежала из комнаты и помчалась куда глаза глядят, а глядели они откровенно плохо. Слезы плюс мое везение равно ректор, едва не сбитый мною с ног.

Вот же… Песец подкрался незаметно!

Артур

Утро вечера мудренее, но только не для студиолухов…

— Хватит, — остановил я заместителя, который вот уже десять минут талантливо песочил этих недоучек, пытавшихся вызвать душу архимагистра Мака.

Рэйн бросил на меня осуждающий взгляд, но замолчал.

— Только не лишайте нас дара! — по новой взмолились девушки.

— Я принял решение, — обвел их хмурым взглядом, — и готов дать вам выбор, — выдержал паузу, чтобы они как следует осознали мои слова.

— Варианта у вас два: лишение дара… — Мне пришлось замолчать и дождаться, пока затихнут всхлипы и охи-ахи. — Или весь год после занятий работать в академической столовой. И да, учтите, второй вариант действует строго до первой оценки ниже четверки!

Еще раз окинув восторженно-недоверчивых девчонок суровым взглядом, пригрозил пальцем для убедительности, развернулся и вышел из комнаты, даже не хлопнув дверью.

Сделал несколько шагов и…

На полном ходу в меня врезалась иномирянка.

Фу, еще и вся в слезах. Ну и кто уже успел обидеть это недоразумение, хоть и хорошенькое.

— Мисс Кэтрин! — прорычал, придержав ее за талию, чтобы не упала.

— Ой, мамочки… — пискнула она и спешно вытерла слезы. — Извините.

— Я вам не мамочка и даже не папочка. Почему вы тут сырость разводите и в соплях по коридорам носитесь?! — проворчал недовольно.

— Почему вы такой сухарь? — выпалила эта нахалка, враз успокаиваясь.

— Ей-ей, будет драка! — ехидно потер лапки Маршалл.

— Я? Сухарь? — От такой наглости у меня брови на лоб поползли, коркой хлеба меня, еще никто не обзывал.

— Вы! Вас совсем не интересуют окружающие? Что, если у кого-то проблемы? Быть может, кому-то ваша помощь не помешала бы! — выпалила она, беззастенчиво посмотрев мне в глаза. Надо же, даже кулачки сжала.

А я нервно сглотнул. Как можно не утонуть в этих фиалковых озерах? От слез они потемнели и стали похожи на грозовое небо, раскрашенное закатными лучами солнца.