Ректор, держи штаны крепче!

И когда она промоет им мозги, проследите, чтобы все вернулись в свои комнаты, — скомандовал я, ухватил Кэтрин под руку и потащил к себе в кабинет.

Глава 7

Артур

Обидеть Катю может каждый, не каждый может убежать...

Притащив Кэтрин в кабинет, не смог сдержать улыбки и тихо пробурчал себе под нос:

— Однако, интересный у тебя дар, иномирянка!

— Что?! Как вы… — слегка покраснев от негодования, девушка посмотрела на енота, уже успевшего устроиться в кресле и достать печеньку: — Маршалл!

— Я тут не при делах! — ответил тот, хрумкая вкусняшкой.

— А кто тогда сдал меня ректору?! — гневно спросила она, скрестив руки на груди и притопывая ножкой.

Кэтрин стояла ко мне спиной, и я не удержался: подошел ближе и слегка приобнял ее за плечи.

— Эй! Что вы себе позволяете?! — возмутилась она, шарахнулась в сторону, словно я залез к ней под платье.

— Сядь и слушай, — сказал резче, чем хотелось, сам не понимая, что на меня находит, когда она рядом.

— Спасибо, я постою, — поджав губки, проворчала эта вредина.

Так бы и поцеловал их сейчас!

Что-то мысли у меня совсем не в ту сторону ушли. Неужели ее магия настолько сильна, что сумела воздействовать на меня через все щиты?! Или это действительно мои желания? Как теперь в этом разобраться? Ох уж эта Кэтрин… Наделала дел, а мне разгребать все это.

— Сядь! — теперь уже приказал, повысив голос.

Девушка гордо задрала носик, подошла и плюхнулась в кресло, со злостью отшвырнув подушку в сторону.

— Слушаю вас, господин ректор! — проворчала, вложив в короткое предложение столько яда, что не у каждой кобры наберется такое количество.

— Не надо передергивать, я действительно пытаюсь перейти, наконец-то, к делу. Ты вообще понимаешь, что за силу обрела?

— Я?! Совершенно не понимаю, почему и как… — Из крайности в крайность: теперь у нее заблестели глаза, наполнившись слезами, которые она упорно пыталась сдержать.

— Ты боишься? — спросил, сощурив глаз.

Если причина перемен в ее настроении действительно только в этом, то проще сразу успокоить, чем дожидаться, пока она сорвется в истерику.

— А вы как думаете? — спросила отвернувшись и украдкой смахивая покатившиеся слезы. — Конечно, боюсь! Еще скажите, что вам не было бы страшно, попади вы без всякой подготовки в чужой мир, тем более тот, где есть магия… — гневно закончила, повернувшись и сверкая на меня своими глазищами, прекрасными закатно-грозовыми.