Оборотни Оренбурга. Мой влюблённый зверь

— Да вообще плевать, мне больше нравилось не знать вообще всего этого, и жить своей спокойной жизнью, — я всхлипнула. — Не хочу ничего знать, ни о тебе, ни об одарённых, вообще ничего! Убирайся сейчас же!

Я снова всхлипнула, чувствуя, что вот-вот меня накроет новая истерика. А я не хочу снова плакать при Максе.

— Ты не понимаешь, если всё вскроется, то убить тебя должен буду я! — зло выкрикнул Макс, сверля меня взглядом.

— Почему ты? — округлила я на него глаза и опять всхлипнула.

— Да потому что произошло это всё на землях моего клана! — рыкнул Макс. — И меня, как наследника, совет обяжет решить этот вопрос!

Я замерла, боясь вдохнуть. Да за что мне всё это? Укус у меня на плече зачесался сильнее, и я потёрла место, где был наклеен квадратик пластыря.

— Что это у тебя? — подошёл ближе Макс.

— Ничего, — буркнула я, вытирая слёзы и пытаясь привести свои мысли и чувства в более-менее спокойное состояние.

— Это вчера, да? Тебя ранили? — в его голосе прозвучали беспокойные нотки.

— Вчера, — шмыгнула я носом. — Это просто царапина.

— Виолетта, — Макс приподнял мою голову и заставил посмотреть ему в глаза.

От его прикосновений меня вновь накрыла тёплая, тягучая волна мурашек.

— Я сейчас уеду, слышишь, но я скоро вернусь и проверю, что ты сидишь здесь и никуда не выходишь. Ты поняла меня? — проговорил он каким-то сдавленным, хриплым голосом.

Я слегка кивнула. А Макс резко наклонился ко мне и накрыл мои губы своими, притягивая ближе к себе, вжимая, не давая вздохнуть.

Он будто пил из родника, после долгого блуждания в пустыне. Целовал жадно, требовательно, вторгаясь языком в мой рот. Терзал мои губы, страстно и жёстко. Я же, не удержавшись, ответила ему на поцелуй. Растаяла, растеклась лужицей в его объятиях. Мысли улетучились. Здравый смысл? Что это?

Хотелось одного: чтобы это не прекращалось. Чтобы не выпускал меня из своих рук и целовал, целовал, целовал…

Вдруг он резко отстранился и посмотрел на меня с такой тоской и болью в глазах, что у меня сердце, как тисками сжало.

— Зачем, Макс? — прошептала я, поднося руку к истерзанным его поцелуем губам.

Он не ответил и выскочил из дома. Прямо в той одежде, что я ему выдала.

Ничего не понимая, я подбежала к окну, но успела увидеть только его исчезающий в воротах байк. Я осталась одна.