Танец алого и золотого

– Господин, скажите, этот ребёнок никого вам не напоминает?

Мужчина, упавший наземь от стремительного появления пред собой, открывает рот, будто сейчас забраниться, но, посмотрев на дитя, давится ругательствами и не сразу находит в себе силы встать. Мальчик, которого я держу, волнуется, дышит тяжело. Я права! Точно права!

- Господин, - я опускаю ребёнка рядом с мужчиной, - скажите, у вас была когда-то старшая сестра?

Он мотает головой – я ошиблась?..

- Да как же не была? Была! – нас обступает народ.

Тогда…

Поразительно, однако, когда я оглядываюсь, вижу за спиной Чжао Цыяня, который понимающе ставит присмиревший злой осколок души рядом с другим и рядом с торговцем маньтоу. Мужчина берёт мальчиков за руки, и мне предстают не два ребёнка, а три: сейчас я вижу не только возраст мужчины, но и его более давнюю боль, скрытую за свежей болью от потери сына. И, что самое печальное, вторую беду он навлёк на себя сам, ведь виной пропажам – свирепая часть его души.

- Его сестру ведь похитили, верно? – обращаюсь я к окружившей нас толпе. Они совсем не понимают, что происходит, но рады поглазеть.

- Да, почти сорок лет назад, - отзывается дедушка с голосом, всё ещё способным перекричать десятку молодых.

- Её пытались найти?

- А как же не пытаться? Да только никто, кроме его-то, - он указывает на потерявшего дар речи торговца, - и не видел, кто то был, да и тот не рассмотрел толком.

Разумно. И всё же почему трое пропавших связаны с семьёй Чжэн? Сын торговца был похищен, потому что осколок почувствовал что-то знакомое, но не определил наверняка, что именно, потому что не столкнулся с самим собой. Рыбак… потому что молод, а осколок какое-то время прятался в озере? Что же семья Чжэн? Что если в их доме, в их членах он почувствовал что-то знакомое, как и в случае с собственным сыном?!

- Присмотри за ними! – хлопаю по плечу тёмного заклинателя, а сама несусь к дому семьи Чжэн.

В дом меня пропускают, едва замечают: всё же, белые с золотом одеяния достаточно приметны, да и они ждут от меня вестей. Не замечая обстановки вокруг, потому что она совсем не важна для дела, я оказываюсь пред хозяином дома.

- Дедушка Чжэн, - обращаюсь к нему так, как сами велели называть.