Хозяйка "Доброй феи" и последний из драконов

Лайонард облегченно вздохнул:

 -- Похоже,трансформация наконец завершилась.

И он был совершенно прав. Древняя кровь в этом сокровенном месте раскрылась до конца, отдав телу лорда все доселе скрытое.

Мужчина вдруг почувствовал себя полным такой мощной энергии, которой не ощущал до этого момента никогда, и одним прыжком вскочил на ноги.

Внутри него клубилась и жаждала выхода новая сила, такая могучая, сладить с которой он не мог. 

Лорд, не осознавая, что делает, резко поднял вверх обе руки и резко же развел их в стороны, будто птица, готовящаяся взлететь.

Неожиданно Лайонард опять увидел мир совсем иначе. Он понял, что так его видит  воин-страж, проходящий трансформацию в боевую форму. Форму дракона. Трансформацию, которой не было уже столько веков.

Вокруг него замелькали опять яркие подвижные шарики, которые то сплетались друг с другом, то собирались в своего рода толпы, то расходились на значительные расстояния.

Он посмотрел вперед, где этих шариков практически не было, и всем своим существом устремился туда. И неожиданно оторвался от земли, пробежав несколько шагов по направлению к этому месту. 

Тут часть стены отъехала в сторону, и он, на ходу меняя форму, взмыл в небо, издав ужасающий рев, сопровождаемый огнем.

Последний из драконов поднялся в небо, и, казалось, пространство вокруг засияло ярким серебристым светом, который прозрачным облаком окружил Лайонарда.

А льер Конфю, который все еще настойчиво вглядывался вглубь королевского сада, был стократно вознагражден, неожиданно увидев прямо над собой существо из сказки. 

Существо из старых преданий, в возвращение которых мало кто верил на Киассе.

Над ним, высоко в небе, парил дракон. Как раз такой, изображение которого он не раз видел в древних манускриптах и в старинных домах, оставшихся от когда-то могучих драконьих родов.

Гибкая длинная шея, размах крыльев, который поражал воображение.

И если бы Лайонард мог видеть себя таким, каким он стал сейчас, он сразу бы вспомнил изображение серебряного дракона, на которое часто смотрел с великой тоской.

При виде могучего существа, мощь которого было невозможно не почувствовать, и услышав его торжествующий рев, придворный алхимик ощутил, что в груди его что-то оборвалось.

Ему стало жарко, и из глаз полились слезы.