Последняя Вилсон

Может это сам король с помощью своих псов избавился от родителей.

- Ты слишком долго была в другом мире.

- А ты слишком предан короне. Сначала надо узнать... - Не могла никак подобрать правильно слова. Что произошло с миром? С королем? С другими сумеречными семьями? С графством? Слишком многое нужно узнать. Как же плохо не владеть информацией. Не зря говорят на Земле: «Кто владеет информацией, тот правит миром». Я и так потратила несколько дней впустую. Ничегошеньки не узнала. Надо бы ночью навестить Аню. Может, ее уже ввели в курс дела.

- Лизи.- Позвал Оливер, погладив по голове, как когда-то давно, в теплом забытом прошлом.

- Я в отцовский кабинет.

- А сейчас, позволь спросить, ты где находишься? - Язвительно спросил Оливер и изломил левую бровь.

- Я про другой кабинет. Как думаешь, Сильвия заняла его или он, - досадливо поморщилась, - стоит пылиться?

- Учитывая, что в этом доме все в пыли, очень надеюсь, что заняла и хоть изредка махала тряпкой.

Мне оставалось только прыснуть от смеха. Не могу представить данную особу, от которой за версту разит высокомерием, с мокрой тряпкой или шваброй в руках.

А ведь Сильвия когда-то драила полы не жалея рук и сил, а теперь палец о палец не ударит. Как же шь, баронесса же. Пусть челядь выполняет грязную работу, а ее наглое величество у камина посидит с бокалом дорогого вина.

- Мордашку свою в порядок приведи. Выглядишь ужасно.

Сил пререкаться совершенно не было. Поэтому я запустила импульсы целительской магии по телу.

- Так лучше?

Так и хотелось показать Оливеру язык из вредности.

- Лучше. - Широко улыбнулся прадед и указал рукой на выход из кабинета.

Несколько переплетений темных коридоров и я на месте. В кабинете никого не было, чем я, естественно, воспользовалась. Сначала просканировала помещение на наличие жучков и охранок. Не обнаружив названного, выскочила из тайного хода. Выскочила - это громко сказано. Протиснулась. Вход находился за огромным портретом моей семьи в высоту стены. Он был буквально срощен с кирпичной кладкой.

Мне пришлось приложить не мало сил, чтобы отодвинуть полотно, не повредив его.

Никогда не любила эту картину, но даже у меня никогда бы рука не поднялась сотворить с ней такое. У родителей и братьев были выколоты глаза, а лица перечерканы черной краской. Единственное уцелевшее лицо оказалось моим. Но если хорошенько присмотреться, можно увидеть маленькую темную точку на голубом платье в районе солнечного плетения.

По коже пробежался мороз. Выглядело это жутко.