Тайна человека со шрамом

Меня тут же сгребли в охапку сильные руки Мартина.

— Кудрявая! — он счастливо покружил меня по комнате и поставил на пол. Затем подхватил Нику. — И даже тебе я рад, Змееника! Только не кусайся… ай! Ну просил же, без укусов, опять ты за свое, кобра проклятая!

— Мы вас заждались, — сообщил Алекс. — Хотели уже выходить на поиски.

— Ага, но этот мутный хмырь, который нас провожал, выходить не советовал, — вмешался Воин, он как раз оставил в покое Нику. — Мол, многие тут ходили, ходили, да сгинули без следа.

— Или стонут теперь в подвалах, — мрачно заметила Близняшка и поведала о недавних приключениях, не забыв добавить, что их с Олли поселили рядом со слугами и это неприемлемо, стоит нажаловаться Стрейту.

— Советник просил докладывать, а не бегать к нему по любому поводу, — напомнила я. — Мы здесь по делу, не будем отвлекаться на глупости. Никто не помешает вам с Олли жить здесь, с остальными, места достаточно, можно хоть коллективно в одну комнату набиться.

Но… я бы оставила все как есть.

Ника скептично ухмыльнулась.

— Неужели?

— Да. У вас есть возможность потолкаться среди слуг, так используйте ее. Как и я буду использовать свой доступ в Северную Башню. На мне – семья, пообщаюсь с ними. Мартин, Алекс… за вами подвал, надо проверить его еще раз.

— Кудрявая, твой настрой меня пугает и заводит одновременно, — заметил Воин и повернулся к остальным. — Итак, что у нас получается: Вильнур пропал, Адам где-то неподалеку, шрам свой полирует, все вокруг привирают и нас ненавидят, даже расселили подальше друг от друга.

И вид из окна у меня так себе, хотя я просил лес. А еще есть подвал, в котором кто-то стонет… кажется, впереди нас ждет что-то захватывающее! Уже с нетерпением жду завтрашний день!

Он точно переобщался с Психом.

Глава 4

На новом-старом месте спалось плохо, я то и дело прокручивала в голове события прошедшего дня. Обдумывала каждую увиденную деталь. Отец держался как обычно, но я не чувствовала его злости.

Может, раздражение… кажется, я плохо следила за чужими эмоциями, свои затмевали все. Итак, дальше у нас мама. Равнодушная, как и обычно. Когда-то я всерьез подозревала, что мы с сестрами ей не родные дети, и с тех пор мало что изменилось. Мама всегда действовала, точно образ, но не человек: делай так, иди туда, скажи то, улыбнись в нужных моментах и ни за что – ни за что! – не обременяй себя лишними переживаниями.