Тайна человека со шрамом

Но в итоге слабость суровый дед питал только ко мне, целиком и полностью состоящей из ошибок.

— Будь все так, отец не стал бы открывать портал и встречать советника Стрейта лично. С короной приходится считаться даже замку Альмар и его обитателям.

— Ничего не длится вечно, даже…

— Даже снегопад. Я помню.

— Мальчонка Стрейт… знаешь, что еще я о нем помню? Он всегда держал в памяти обидчика. А твоя семья его когда-то знатно обидела. И вот ты возвращаешься домой и рассуждаешь, кто и что должен короне. Не твоей семье.

Короне.

— Советник терпеливо ждал, пока одна дочерей Тирриуса вырастет, выучится и вдруг согласится на него работать? Не лучший план, дедуля.

— Все можно обернуть в свою пользу. А одна из дочерей Альмар – неплохая добыча для продуманных людей.

— Знатная, — поддакнула я, использовав любимое словечко Тувера.

— И тебя устраивает твоя роль? — с прищуром спросил он.

— Пока да.

— Самое главное. А теперь расскажи деду, что происходит. До меня дошли слухи, что тебе грозит опасность…

Уж не знаю, откуда взялись слухи, но не отрицать же очевидное.

Пока дед провожал меня к отцовскому кабинету, я коротко обрисовала ситуацию. Без лишних подробностей, конечно, пояснила некоторые детали и связала Адама с Вильмаром. Может, старик Тувер совсем раздобреет и объяснит отцу, что в его интересах помочь нам. Или не мешать на каждом шагу.

— Говоришь, у Адама есть шрам? — задумчиво спросил дед.

— Да. Проходит через все лицо, от лба до подбородка, — я показала направление шрама.

— Хм-м…

— Ты что-то знаешь?

— Не уверен, но шрам – яркая примета. Была какая-то история много лет назад. Ты потерялась в городе, когда гуляла с сестрой. Тирриусу пришлось наказать и отправить на скалы пятерых стражников – все они поплатились за знатную невнимательность. Но тебя все не могли найти. Ты вернулась сама.

— Это известная история.

Потом мне ее много лет припоминали как доказательство несамостоятельности. Я была слишком маленькой, когда потерялась и ни за что бы не запомнила произошедшее, если бы не бесконечные рассказы о случившемся.

— Но причем тут Адам?

— Ты рассказывала о мальчике, который тебя привел домой. Говорила, мальчик был изуродован.

Этого я не помнила.

— А что еще я говорила?

— Об этом лучше поинтересуйся у сестер. Ты так их запугала своими россказнями, что они рыдали весь вечер и еще следующий день. А ты, как обычно, улыбалась. И все говорила, говорила…

Да уж, жутковатая картина. Алексу бы понравилась.