Ключ к легенде

Перепуганный посыльным мальчишкой Лейс Сибантис, явившийся на вызов, обнаружил вполне живого Айта поглощающим рагу из птицы. Лорд по пояс был обнажен, левая рука его лежала на коленях, из бицепса торчало короткое оперение. Мальчишка, заглянувший в кабинет вслед за врачом, восхищенно ахнул, то ли поразившись мощной спине одного из сыщиков, то ли приходя в восторг от раны, боль от которой тот стоически терпел. Тут же был выпровожен за дверь.

— Я к ней привык, — известил Айт Лейса, склонившегося ближе для осмотра.

— Если бы вы пришли завтра, мы бы с ней сроднились полностью.

— Шутить изволишь? — стрела была короткой, арбалетной. Оставалось надеяться, что наконечник был без зазубрин. — Пробовал тянуть сам?

Айт замотал головой — во-первых, тоже не знал особенностей стрелы, во-вторых, ему нечем было дыру закрывать. Там что не стал ее и открывать, оставил кровавые дела врачу.

— Почему вчера не приехали посмотреть мою голову?

Лейс Сибантис переглянулся с Тасаном, поставил свой кожаный саквояж на соседний стул.

Попросил сыщика, бездумно трогающего собственный шрам, открыть окно и впустить свет.

— Дел много, знаешь же сам, — на свет появился металлический ящик, Айт заметно побледнел и постарался совсем не смотреть в ту сторону. Врач откинул крышку, являя взору всевозможные сверкающие орудия пыток. Достал бутыль с настойкой. — Хотел сегодня навестить, но ты опередил. Готов?

— Нет! — вскричал лорд, вцепившись в миску. — Я не доел!

— Милорд… — с укоризной произнес Тасан.

Айт поднял на него глаза, ставшие совсем болотного цвета.

— Неизвестно, кормят ли на том свете. Ты не можешь лишить меня последнего завтрака…

— Болван, — пробормотал Лейс. Взгляд Айта против его воли пополз к ящичку, он сам передернулся.

— Вы их мыли после трупов? Эти все ножи и крючки?

Лейс завинтил обратно крышку бутыли.

— Ладно, в следующий раз как-нибудь зайду. Дождусь, пока ты помрешь, милорд, тогда и вытащу стрелу. Хоть вопить не станешь.

Лорд сглотнул, отодвинул миску, положил хлеб на стол.

Лейс незаметно усмехнулся, заметив, что лоб лорда покрылся крупными каплями пота.

— Я боюсь боли…

— По тебе не скажешь. Разворачивайся и клади руку на стол. Тасан, постели чистое полотенце.

Врач обращался с ним как с одним из своих трупов. Ни капли жалости, ни грамма алкоголя. Наживую расширил и так дергающую рану, чтобы увидеть самый кончик стрелы, засевший в мышце. А потом под рваный вдох самой жертвы просто ее выдернул.