Авантюристка в академии

То ревность из ушей хлещет, то рефератами за гадости расплачиваешься. Так и желчью изойти не долго. Жалко, одним словом.

Несколько недель назад я не допустила бы и мысли, что буду вот так подначивать соседку по общежитию, выводя ее на чистую воду. Только все вышло иначе. А академия теперь напоминала мне светское общество, так похожее на серпентарий.

— Ты!.. — Блондинку перекосило. Она ткнула в меня тонким наманикюренным пальчиком. Из ее рта вырывалось, скорее, шипение, чем речь. — Да что ты вообще обо мне знаешь? Первый курс, соплячка, а нос задираешь, будто королева.

А если хочешь знать, — губы Мариэль тронула кривая ухмылка, — то я ни капли не жалею о том, что сделала. Вас, высокородных, учить и учить. Поступаете без экзаменов, позволяете себе все, что захочется. Так что учти, Илларис, в моем лице вы нашли праведный гнев всех тех, кому учеба дается нелегко.

— Ой, дура, — раздалось за спиной.

— Какое точное определение, — улыбнулась я, взбешенная подобными признаниями эльфийки.

Буря клокотала у меня внутри, и нужно было срочно дать ей выход. Мариэль хотела нас опозорить? Наивная. Видимо, позабыла, что ночной горшок может упасть на голову хозяину. Я посмотрела на столпившихся вокруг адепток. Затем метнулась к окну, стянула с него пустую вазу для цветов и вернулась к двери эльфийки. В памяти всплыла домашняя пьеса, где мне пришлось играть роль принцессы-попрошайки. Говорили, вышло бесподобно. И я с азартом начала:

— Девушки! Давайте поможем нашей соседке Мариэль, кто сколько может! Лично я даю десять монет.

Глядишь, подобреет.

Денежный звон на дне вазы услышали все присутствующие, и, судя по лицам адепток, это было подобно разорвавшемуся файерболу.

— А из-за зависти к происхождению она натравила на нас своих люб... любимых друзей,— подхватила оборотница, добавив в голос страдания.

— Или весь сыр-бор из-за Кристена Дальберга, на которого эльфийка до сих пор облизывается? — вставила я свой весомый аргумент.

— Он тебя все равно бросит! — Мариэль пыталась удержать лицо.

— Поздно. Я его уже сама бросила.

Оглушительная тишина была поразительной. Все стояли раскрыв рты, переводя взгляды с меня на эльфийку. Неужели дракону никто никогда не отказывал? Я собой загордилась.

— Так давайте скинемся на платье Мариэль, раз подарков от мужчин ей уже мало, — скалясь, выдала Сельма, отвлекая от меня внимание. — Смелее, девушки, я тоже даю десять монет.

Кто-то икнул и зашуршал.