Избранница Хозяина холмов - 2

Наверное, виноват был нестихающий гул камня Фаль, который порой заглушал мои собственные мысли.

— Признаюсь. Это внесло немало разнообразия в мою жизнь.

Я улыбнулась одним уголком рта, наблюдая, как Харелт возлагает на жертвенный камень наши кольца, собираясь осенить их огнём, водой, землёй и воздухом. Чтобы очистить от любой скверны.

Сейчас друид был словно бы не здесь. Но в то же время — я была уверена — прекрасно замечал всё, что происходит вокруг. И нашу с Атайром болтовню тоже. Наконец он вернулся и протянул нам два серебряных перстня на дощечке, исчерченной мало понятными мне друидскими рунами.

Я пригляделась всего на миг, уже протянув руку, чтобы взять кольцо, предназначенное Атайру, и вдруг поняла, что уже видела эти знаки раньше — именно в том же порядке, что и сейчас. В тех свитках, что лежали в кибитке Ингюса, когда я оказалась там случайно в первый раз. Можно было подумать, что мне кажется, но нет. Я была почти уверена, что это те же заклинания.

— Это связывающие заклинания, ниэннах, — пояснил Харелт, заметив, как я пытаюсь вникнуть в то, что мне неподвластно.

— Здесь написано… — начал было пояснять Атайр.

— Я видела их раньше. Эти надписи.

— Поговорим об этом потом, — голос короля вмиг затвердел.

Я кивнула и взяла прохладный перстень с красным, умело отшлифованным камнем. Казалось, внутри него вспыхивают маленькие алые молнии. Завораживающе. Мне же предназначалось кольцо с голубым, чистейшим, как осколок ясного неба, сапфиром.

Атайр надел мне его на безымянный палец, не сводя с моего лица изучающего взгляда, и подал свою руку. Этот яростно красный камень невероятно хорошо шёл его крупной кисти, крепким длинным пальцам. Я даже залюбовалась в какой-то миг.

А потом вдруг поняла: теперь точно всё.

— Настало время для супружеского поцелуя, — с явным облегчением в голосе напомнил Харелт. — Помните, Боги смотрят на вас.

Будто мне было недостаточно глазеющих на нас со всех сторон гостей!

Атайр неспешно и даже слегка торжественно убрал с моего лица вуаль.

А затем смахнул несколько растрепавшихся прядок со лба. Теперь его вид почти ослепил меня: я уже успела привыкнуть к кружевному полумраку. И под одобрительный гомон гостей его величество склонился и прижался губами к моим губам, едва позволив перевести дух.

Наверное, довольно было бы короткого касания — ведь это всего лишь условности. Но, как и водится, Атайр проявил настойчивость там, где считал нужным.