Сумрачный волкодав и Проклятая фея смерти

А когда нам уже можно будет подойти? А то если нескоро, то я пойду тогда окрестности осматривать.

— Да Трур уже пошел, — ответила Альви. — А вы можете подойти прямо сейчас, если пойдете строго по моим следам. Надеюсь, ты их достаточно четко чувствуешь для этого.

— Не беспокойся, я справлюсь, — заявил Кин, принюхался и уверенно направился к месту, где лежало тело.

Мьюр пошел следом за ним, положившись на чутье коллеги, ведь запаха этой Альви он не знал. Не то чтобы он не доверял способностям Хундракура, но всё равно немного беспокоился, потому что по неведомой причине снова вызвать неудовольствие этой особы Мьюру отчаянно не хотелось.

Когда они приблизились, сидевшая на корточках возле тела Альви начала подниматься. Кин тут же бросился к ней и подал руку, чтобы помочь. Тяжело опираясь на него, Альви встала, и Мьюр наконец-то смог её как следует разглядеть. И тут же испытал острый приступ неприязни — стоявшая перед ним женщина оказалась очень толстой. Не просто полной или там пухленькой, а именно по-настоящему толстой.

«Надо же так себя запустить! — мысленно презрительно фыркнул Мьюр, считавший подобную распущенность недопустимой. — А ведь она, похоже, моложе меня».

Скрыть свою реакцию ему не удалось, да он и не особо старался, и Альви, поймав презрительный взгляд, неприязненно скривилась в ответ. Конечно, за те семнадцать лет, что она жила со своим проклятием, из-за которого всегда весила ровно сто двадцать один килограмм триста семьдесят шесть грамм, к такому отношению окружающих она успела привыкнуть.

— Альвира Стеркюрр, наш лучший патологоанатом, — представил её Кин, то ли не заметив их неприязненных переглядываний с Хундграхтом, то ли сделав вид.

— Мьюркур Хундграхт, — отрекомендовался Мьюр и тут же перешел к делу: — Что вам уже удалось установить?

— Это девочка, лет примерно восьми, оборотень с ипостасью лисы, — с тяжелым вздохом ответила Альви.

— Ох ты ж! — горестно выдохнул Кин, а Альви продолжила:

— На видимых частях тела повреждений нет, вообще никаких, даже синяков или ссадин. Одета она по погоде и аккуратно, одежда либо не тронута, либо приведена в порядок очень тщательно. Ногти чистые, под ними никаких частиц обнаружить не удалось, да и вообще, когда мы её откопали, на обеих руках были надеты варежки.