Пара для чудовища

Выворачиваюсь из объятий и отхожу в сторону, делая вид, что разглядываю платье. А сама просто глаза прячу. Она несколько дней вела себя отстраненно и холодно со мной, даже письмо с грантом забрала. А теперь, как ни в чем ни бывало с ласками лезет.

Мама ловит меня за руку и продолжает:

— Не принимай истинность в штыки, Алайна. Это настоящее благословение. Не каждому дракону выпадает эта счастливая монета.

— И не каждый выкупает эту монету за большие деньги у ее семьи. Ему видно не жена нужна, а рабыня.

Она становится чуточку бледнее.

Отводит взгляд, но покидать меня не торопится. Прикусывает губу. Я уже заинтересовываюсь и, чуть прищурившись, спрашиваю:

— Что такое? Есть то, чего я не знаю?

— Твой отец вытащил из лорда Грайборга этот откуп. Сам дракон денег за тебя не предлагал, конечно. Вы же и так связаны. Ваш союз лишь дело времени.

Я кладу платье на кровать, и сама опускаюсь рядом.

— Все еще не понимаю.

— Его поверенный прибыл к нам, чтобы обсудить основные вопросы. О том, когда вы сможете встретиться и познакомиться, что мы думаем о церемонии бракосочетания, и как скоро это можно устроить.

Но отец сыграл на твоем возрасте.

— А что с ним не так?..

— Тебе восемнадцать.

— Через два месяца — девятнадцать!

— Не важно. Как минимум год семья вправе не отпускать столь юную дочь в чужой дом.

Я холодею, догадываясь, что произошло.

— И папа…

— Он сказал, что если дракон желает тебя увидеть, то должен заплатить. А если хочет жениться в ближайшее время — заплатить еще больше.

Лорд мог отказаться и просто подождать этот срок, но не стал. Лишь спросил, какова цена твоего переезда в его замок.

Прикрываю глаза, слыша нарастающий гул в ушах.

— Уйди, мам.

— Алайна, я это к тому, что истинный не так плох, а папа… у него просто не было выбора. Он должен был попытаться воспользоваться ситуацией.

— Уйди!

Она вздыхает и отворачивается, шагая к выходу. У двери задерживается, бросив взгляд через плечо.

— Он уже приехал за тобой.

— Как? Еще ведь не обед.

И… он сам прибыл? Говорили же просто карету пришлет.

Меня накрывает паника, сердце трепещет, словно птичка в клетке. Хочется оттянуть момент встречи, как можно дальше. Особенно после того, что узнала.

— Поторопись, милая, — добавляет мама, прежде чем уйти. — И не забудь попрощаться с братом.

Как только остаюсь одна, закрываю лицо в ладонях и рычу, подавляя тем самым рвущиеся из груди рыдания.

Это унизительно!

Меня действительно купили. Как вещь или игрушку.