Я не покорюсь, Адмирал!

Как раз вовремя, чтобы толкнуть покачнувшегося от усталости Эмиля в сторону стула и не дать ему свалиться на пол.

В блеклом свете масляной лампы я видела, насколько глубокие тени залегли под его глазами, как покраснели глаза и побледнела загорелая кожа. Теперь, видя, как капитан устало проводит ладонью по лицу, я поняла, каких усилий ему стоило несколько часов вести корабль в полосе штиля.

— Тогда какого порождения Бездны ты творишь? — выдохнул он сквозь стиснутые зубы и поднял на меня испытующий взгляд.

— Жаклин, не заставляй меня снова тебя запирать.

Я на несколько секунд растерялась: Эмиль впервые обращался ко мне просто по имени, прежде он держался подчеркнуто-вежливо. Я не знала, что ответить на эту внезапную откровенность. Могу ли сказать ему правду?

— Боюсь, ты не поверишь, если я все объясню, — покачала я головой.

Эмиль кивнул в сторону сундука, обитого поржавевшей медью. Я села, повинуясь его немому распоряжению.

— Прежде вы, сэра, показывали себя вполне разумной: с готовностью отправились в путь, не выказывали никакого гнева или возмущения против идеи выйти за адмирала дома Штиля.

Но в последние несколько дней вы ведете себя странно: то как прежде, то совершенно иначе, чем обычно, — Эмиль сбился, но по затуманившемуся взгляду я поняла, что он вспоминает и пытается осознать все, что произошло. Не укрылось от меня и возвращение к подчеркнуто-вежливой интонации. — Попробуйте все же объяснить. Быть может, я смогу вам помочь?

Я оперлась спиной на шершавые доски переборки и только сейчас вспомнила, что на мне все еще наряд матроса, который я так и не удосужилась сменить после боя.

Мысль о том, что плотная ткань обтягивает мои ноги, выставляя их на всеобщее обозрение, вновь заставила меня покраснеть, но если я прямо сейчас попытаюсь уйти под предлогом, что мне необходимо сменить наряд, Эмиль еще сильнее уверится в своих подозрениях.

— Ты веришь, что боги могут даровать людям способность вернуться в прошлое, чтобы исправить ошибки? — спросила я, не сколько желая услышать ответ Эмиля, сколько наблюдая за его реакцией.

Капитан в задумчивости потер подбородок, сопоставляя мои слова с тем, что видел сам.

— Сказал бы, что это — полный бред, если бы вы вдруг не начали вести себя так, будто за те несколько часов обморока прожили совсем иную жизнь, — наконец, сказал он. — Однако чем вы можете доказать свои слова?

Я развела руками: прямых доказательств у меня не было и быть не могло.