Цветок Белогории. Книга 2

Гарольд Чёрный своим никогда не делился. А уж сколько раз за последний час он повторял и ей, и себе: «Моя!»? Она даже не считала. Не до того было. Чтобы сохранить каплю собственного достоинства и выразить протест на подобное обращение (хотя было приятно, что скрывать), ангора всё-таки упёрлась руками в грудь мужчины.

– Моей женщины! И ни в каком другом!– ответил, как отрезал оборотень.

– Понимаешь, есть одна проблема,– произнесла она, сдерживая себя из последних сил от того, чтобы не начать ласкать оборотня.

Боясь тем самым перечеркнуть все свои достижения в стремлении быть независимой... особенно сейчас, лёжа рядом с ним... голышом. – У тебя слишком много женщин. И для меня это сомнительная честь быть одной из них. Боюсь затеряться в толпе!

– Прости, я не так выразился! – сокрушенно вздохнул Чёрный. – Я имел в виду МОЕЙ женщины. Единственной.

– Не поняла, – растерянно пробормотала Вербочка, даже перестала упираться в так её манящую мужскую грудь. Теперь ей хотелось воткнуть в неё свои коготки.

Но Леди протянула руку, положив её на лоб Змея и вглядываясь в его глаза.

– Я в порядке. Хотя и болен. Тобой, – усмехнулся оборотень, поймав тонкую ручку Леди и поцеловав каждый пальчик. – Без тебя мне так плохо, совсем тяжело, - пожаловался он,– я прошу тебя вернуться в мой замок. В качестве моей жены.

Вот таких слов Верба точно не ожидала от этого мужчины! И сразу поняла – дались они ему нелегко. Но зачем ему это? У Змея уже была пара и другой не будет.

Ей же очень хотелось малышей. Лучше маленьких котят, мальчика и девочку. И чтобы один был белым с чёрными пятнышками, а другой чёрный с белыми. Но мечтать о ком-то ином Вербочка не желала. Да и толку-то?! Когда неразумное сердце слушалось людей или оборотней?

– В каком качестве? – с сомнением переспросила ангора, за что тут же была придвинута к горячему мужскому телу. Поразительно, даже сейчас, когда можно сказать решалась её судьба, она думала не о глобальной проблеме, а о глупостях.

А ещё ей хотелось намотать на пальчик тот самый волос на его груди, который щекотал её шейку.

– Женщина! – пророкотал оборотень, резким движением перевернув Вербу на спину и нависнув над ней. Он выглядел грозным и прекрасным одновременно, – мое предложение означает только то, что я сказал! ЖЕНОЙ и только ЖЕНОЙ! А вовсе не какой-то любовницей.

Тонкая ладошка Вербочки прикрыла рот мужчины. Он замолчал, ожидая её решения на своё признание.