Первая ночь для дракона

Там, наверное, даже до сих пор ведьмы водились.

В одной из снятых для всех людей герцога комнат меня и правда ждала миниатюрная молодая служанка в скромном тёмно-синем платье с воротником под горло и почти незаметной на мрачноватой ткани вышивкой по канту. Пепельно-русые волосы моей нынешней помощницы, собранные в низкий пучок, были укрыты облегающей голову льняной шапочкой-чепцом, благодаря чему огромные серые глаза буквально светились на её треугольном личике.

— Это Вига, — коротко представил девушку Хардвин. — Она в полном вашем распоряжении на всё то время, что вы пробудете в дороге и в замке Кифенвальд.

Затем дракон откланялся и ушёл, не забыв, впрочем, выставить у двери моей комнаты стражу. Стражу. Будто я какая-то преступница!

После того как я осмотрелась в покоях, очень недурственно обставленных для деревенского постоялого двора, хоть и чуть темноватых, Вига помогла мне переодеться. Насчёт сундука с вещами Хардвин не соврал. Тот и правда существовал, и в нём действительно лежало одно добротное дорожное платье пепельно-зелёного цвета, второе — простое повседневное, цвета пыльной розы, отороченное бирюзовой тесьмой, в которое я и облачилась.

Третьим же оказалось более нарядное, голубое, всё от ворота до подола вышитое серебристой шёлковой нитью, а по лифу — бисером в тон, — видно, предназначенное для встречи с герцогом. В дополнение ко всему в сундуке были аккуратно уложены несколько сорочек, туфли и даже плащ, как будто посреди лета могла вдруг грянуть зима. Что самое интересное, всё это было не моё. Все эти вещи я видела впервые, но они — даже при беглом осмотре — показались сшитыми нарочно для меня. Удивительно! Такие хлопоты со стороны герцога лишь для того, чтобы глянуть на замужнюю девицу и, возможно, решить, что она ему даже не нравится?

Чудной человек… то есть дракон.

Помощи Виги я, после весьма хлопотного и напряжённого дня, была очень рада, хоть и привыкла обходиться без прислуги. Она хотела было принести ужин в комнату, но мне отчего-то захотелось спуститься в таверну, что была на первом ярусе двора.

Оттуда смутно доносились голоса постояльцев или местных, пришедших из окружающей двор деревеньки. Но большого буйства там, кажется, не творилось, а сидеть в покоях мне было тоскливо.

Служанка возражать не стала. Даже стражи у двери не остановили нас, только пошли следом. Видно, никаких приказов насчёт того, чтобы удерживать меня в комнате силой, от Хардвина не поступало.

Всё, чем я решила бы отужинать, заранее было оплачено.