Первая ночь для дракона

Николь, пытаясь, видно, нагнать улепётывающую далеко впереди графиню, опередила меня, но та вдруг пошла медленнее, пока чуть-чуть не отстала.

Немного успокоившись, и я придержала шаг, стараясь уже не оборачиваться после каждого удара сердца. Никогда не ходила по таким мрачным местам. Думала, будет хотя бы забавно, а оказалось, что все эфри напугались едва не до седины в волосах. Сейчас Николь быстро шла впереди меня, тихо ворча себе под нос и, похоже, ругая ту, кто всё это затеял. Эбреверта и Магрит тащились следом, крепко хватая друг друга за руки и попеременно оборачиваясь.

— Всыпать бы вам хорошенько, эфри Вурцер, — гневно окликнула меня графиня. — Я сегодня не усну. Светлая Вайса, огради от кошмаров! Сразу было понятно, что эта затея дурацкая!

— Но шкатулку-то мы нашли! Считайте это воспитательным моментом. — Я только коротко посмотрела на неё, обернувшись через плечо. — Надо взращивать в себе стойкость. Потому что кому-то из вас взращивать в себе ребёнка дракона.

Николь даже остановилась, чтобы посмотреть на меня.

— “Вас”? — Она скрестила на груди руки. — А себя вы уже вычеркнули?

— Я себя и не вносила в сей счастливый список.

Эфри переглянулись, явно меня осуждая. Но что я могу поделать, если возможность стать матерью для ребёнка герцога вообще никак меня не прельщает? Чем больше я находилась в относительной свободе, вдали от надзора фрайгерра Вурцера, тем яснее понимала, чего хочу.

— Так всё же, кому открылся ларец? — задумчиво произнесла Маргит. — Ведь о чём-то же нам придётся рассказать его светлости. И вообще, давайте посмотрим, что в нём. Может, зря пережили весь этот страх…

— Откроем в замке, — буркнула Николь и снова обернулась, хоть от склепа мы ушли уже далеко.

— Вы уверены, что рассказывать его светлости стоит? — Я легонько потёрла подушечкой маленький порез на пальце.

Слышала, конечно, разное — и читала: порой те, кто хотел запечатать свои ценности, на какие только уловки ни шли. Особенно когда дело касается магии. Если эта шкатулка оказалась настолько кровожадной, что для того, чтобы открыться, ей надо было меня “укусить”, что это может значить? Что старая гарпия меня признала истинной хозяйкой Кифенвальда? Плохо верилось. Кажется, в роду герцога фон Абгрунда не было дочерей.