У бездны на краю

И в ней, обращённая лицом на восток, стояла красивая, мраморная же статуя женщины в алом платье, струившемся, невесомом, из настоящего дорогого шёлка с юга, с аптекарскими весами в одной руке, а вторая простиралась благословляющим жестом к входившим. Богиня-Мать, Божественная Супруга, одна из тех, кто сотворил наш мир тысячи лет назад.

У босых мраморных стоп имелось углубление, в котором почти всегда стояли чаши со свежими лепестками цветов, рисом, ягодами или фруктами, как подношения, и каждый мог добавить к этим жертвам свою.

Вот и сейчас я бережно опустила несколько зёрнышек риса в чашу, и выпрямилась, опуская пред светлым ликом голову, когда уединение нарушилось появлением в беседке мальчишки лет четырёх, укутанного в крошечную шубку, по случаю холодных, снежных зимних дней, который с разбегу спрятался за моими теплыми юбками, плотно обхватив ноги ручонками.

- Спрячь меня, - прозвенел детский голосок, молебно-ласковый, и я, растерявшись, уставилась на проём выхода, за которым показалось красное от мороза лицо немолодой женщины, видимо, няньки, заглядывавшей за меня.

- Леди, - обратилась она ко мне. – Простите, вы не заметили здесь мальчика, кажется, он забежал сюда… - я, пытаясь сообразить, стоило или нет сказать правду, успела заметить ещё одну медвежью шубку, красивую, новенькую, которая проскользнула мимо и за моей спиной звонко разлился девичий смех.

- Тио, вот ведь проказник, зачем ты заставляешь Госпожу Наби за тобой бегать, а? – я оглянулась и заметила девушку лет тринадцати, из-под шали выглядывала толстая длинная коса, щёки разрумянились от холода, и задорно блеснули огромные голубые глаза.

– Леди, смею надеяться, мой племянник не доставил серьёзных неудобств?

- Нисколько, я лишь немного растерялась, когда он появился здесь, - улыбнулась я, взглянув на насупившегося мальчика, блеснувшего серыми глазками.

- К слову, я, кажется, не видела вас здесь прежде, - протянула девушка, передав малыша на попечение покачавшей головой дамы.

– В таком случае рада представиться. Иларда Фамэ… - имя резануло слух, и я, почти не слушая продолжение речи, торопливо присела в реверансе, опуская голову и проклиная собственную непочтительность. Молодая принцесса, сестра недавно взошедшего на престол государя! Однако прежде, чем я успела произнести положенную протоколом, уже изученным весьма глубоко, формулу приветствия, ножка в изящном тёплом сапожке нетерпеливо топнула.