Академия Шепота 3. Последний отбор

Все это я знала, но в академии эти знания мне были без надобности. Сейчас же я будто снова оказалась в своей стихии.

– Странно... Приглашение пришло, – поднялась мама из подпола, зачитывая раскрытое письмо.

Я в этот момент раскатывала тесто для ягодного пирога. Ягода хоть и была замороженной, но своего вкуса нисколько не потеряла. Только ягоды с каждой минутой становилось все меньше, потому что Копер ее нагло подворовывал.

– Куда приглашают? – спросила я, в очередной раз вытаскивая ящерку из миски.

– В ковен, – ответила она, усаживаясь на лавку.

– Верховная ведьма вызывает, но не пишет зачем.

– Может, работу предложить хотят? Или помощницей Верховной назначить собираются.

– И тебя, и меня?

– А я-то им зачем?

– Это-то и странно.

Увы, проигнорировать приглашение мы не могли, но ничего хорошего от верховной ведьмы не ждали. Просто потому, что ничего хорошего она нам никогда не делала. Будучи главной ведьмой, верховная должна была защищать своих ведьм, проверять, чтобы они соблюдали кодекс, и решать все спорные вопросы, которые возникали.

Когда моя мама обратилась к ней за помощью, чтобы скрыть меня от отца, верховная ведьма помогать нам отказалась. Потому что ведьмы с магами не связывались никогда. Вслед за верховной в помощи нам отказали и другие семьи, поэтому ко всей ведьмовской братии положительных чувств я не питала.

И раскаяния сейчас не ждала.

В столицу Тридха мы явились уже следующим днем в самый разгар ярмарки. Ярмарка в столице всегда проходила шумно и весело – с размахом.

Купцы привозили на продажу меха, одежду, мясо и всевозможные товары, которыми так славились человеческие мастера.

Мама обещала, что после посещения ковена мы обязательно прогуляемся среди рядов, а пока приходилось идти по одной из двух главных площадей столицы.

На одной располагался королевский дворец. Человеческий король не скупился на роскошь, поэтому его дворец было видно издалека: золотые купола, венчающие башни, переливались на солнце.

На второй стояло не менее помпезное здание, выложенное черным камнем и украшенное серебряными статуями.

К его воротам мы и подходили, придерживая метлы. Копер, налопавшийся пирогов, тихо спал в кармане плаща.

У черных кованых ворот пришлось остановиться. На территорию ковена пропускали только по приглашению. Показав письмо, адресованное нам обеим, мама попыталась разузнать, о чем пойдет разговор, но одна из помощниц верховной ничего не ответила.