Наследники Шамаша. Том 2. Рассвет над пеплом

Он взмахнул саблей ещё раз, покачнулся, Басил ударил его, и Марк повалился на землю, раскинув руки.

— Вставай, чужак! – гаркнул Басил. – Вставай, иначе я проткну тебя!

— Басил… — мягко произнёс Сакрум, стоявший позади, а рядом с ним – лекарь Аамон, качавший головой. – Оставь его. Я хочу видеть его живым. Аамон, возьми его и полечи его раны.

— Да, Брат мой, — кивнул лекарь со вздохом. – Только каждый раз, когда раны его начинают давать надежду на исцеление, его забирают, делают из него отбивную, и мне приходится начинать все сызнова.

Долго ли ещё тратить мне лекарства попусту?

— Лекарства новые мы добудем. А чужака я не потревожу пару дней. В Гесперре он должен быть здоров и крепок. Пусть борется за наше дело и мне послужит.

— Пленник не будет служить нашему делу добровольно… — заметил Малвар. – Он никогда не будет верен тебе.

— Будет, — спокойно улыбнулся Сакрум. — Он забудет свой дом и всех, кого любил до этого. Он полюбит нас, а больше всех меня – тогда он будет служить мне верой, правдой, как служите мне вы.

— Почему бы просто не убить его, а труп его не выкинуть диким зверям? – с изумлением осведомился Малвар.

— Нам нужны толковые люди, — уклончиво отозвался Сакрум.

Малвар промолчал, но все видели, что он не поверил своему Старшему Брату. Однако даже Малвар не любил спорить с Сакрумом.

Марк очнулся вечером, когда шамширцы уже прошли отрезок пути и разводили костры, готовясь на ночлег. Болел нос и щека, ноги, бока, зудела и щипала кожа.

Весь он взмок, но голове стало легче. И он почувствовал голод, сильное желание помыться и сменить одежду. Он чувствовал, как страшно от него смердит, и ему самому становилось дурно от этого запаха.

Очнувшись, он осознал, что кто-то сидит рядом с ним, и уже хотел поздороваться с лекарем или с Балом, но, к своему изумлению, увидел Рабинару. Она сидела к нему боком и мешала угли в маленьком костерке.

Тени играли на её лице и делали его ещё более хмурым и неприветливым.

Длинная золотая толстая коса лежала на узкой спине драгоценной цепью. Он вспомнил красивые волосы Ишмерай, вспомнил их аромат, и ему захотелось поцеловать их, каждую прядь. Но он мог поцеловать лишь воздух.

Рабинара увидела, что он пошевелился, и повернулась к нему, строго поглядев на него.

— Где господин Аамон? – осведомился тот, усаживаясь.

— У господина Аамона и без тебя хватает забот, чужак, — недовольно ответила она.