Наследники Шамаша. Том 2. Рассвет над пеплом

Женщины носили платья длинные, массивные, пышные, со странными гофрированными воротниками, пышными рукавами, а какие камни только не украшали платья, чего только не было в волосах!.. Альжбета, всегда любившая красиво одеваться, со вздохом осознала, насколько невзрачно и бедно она одета теперь.

«Всё это вздор! — отдёрнула она себя, сжимая потрескавшиеся, поцарапанные руки. – Пусть я буду выглядеть как служанка, но зато я буду невзрачна, не буду никому бросаться в глаза, и никто не станет думать обо мне лишних мыслей».

Альжбета разглядывала горожан и, кроме одежды, не находила ничего, что бы могло отличать их от людей, проживавших в Архее. Никто из них не ходил на головах, как представляли на её родине, никто не дышал огнем, у них не было трёх глаз и пяти рук. Те, кто побогаче, важно вышагивали по улицам, а победнее – сгорблено семенили по дороге по своим делам. Вот у одной из лавок остановилась богато украшенная карета, и из нее выплыла роскошно одетая немолодая дама, высоко задрав нос, развеваясь шелками да множеством служанок.

Вот к ней подошел столь же разодетый франт в нелепых штанах, сильно облегавших худые кривые ноги, с большой бархатной шляпой на голове, из которого саблей торчало огромное пёстрое перо.

«Как бы смеялся Марк, если бы увидел, как здесь одеваются мужчины!» — подумала Альжбета и поймала себя на мысли, что уже боится меньше – ей стало смешно. Ей хотелось смеяться над собой, оттого что она попала в такую нелепую ситуацию.

Проехав по широкой дороге еще немного, вскоре они свернули на улицы поуже.

Красовались яркие вывески, украшенные диковинными фигуристыми буквами с ломаными очертаниями, порой украшенными завитушками. И буквы эти показались Альжбете очень красивыми. Здания, разные по высоте, тесно лепились друг к другу неровным строем. Крыши покатые, то гладкие, то ребристые, спускавшиеся мелкой лесенкой. Некоторые из них были ярко расписаны краской, отчего улицы казались светлее. На некоторых из домов золотились занятные флюгера – то в виде петухов, то кошек, то даже медведей.

И цветы. Везде были цветы всевозможных оттенков. Всё утопало в цветах и зелени палисадников и садов покрупнее.

Вскоре карета повернула на более широкую улицу, и в самом конце её Альжбета увидела большой дом в три этажа, окруженный пышным садом и невысокой каменой стеной. Каменный и мрачный, он накрыл её душу страхом, но страх вскоре рассеялся.

— Вот он, дом Вайнхольдов! — радостно возвестил преподобный Майахоф, отчего-то ярко светясь.