Наследники Шамаша. Том 2. Рассвет над пеплом

Она приняла уже троих детей в этот мир своими руками, помогала облегчить женское недомогание, на которое Аамон никогда не обращал внимание. Он был равнодушен к жалобам шамширок, и это возмущало девушку.

А однажды к себе её вызвал Сакрум. Он был один в шатре и отпустил своих Братьев. Как только он приблизился, высокий и суровый, Атанаис снова почувствовала необъяснимое тепло к нему. Ей казалось, что она находилась под его надёжной защитой, и никто не смел обидеть её. Во второй комнате шатра низкий деревянный стол был накрыт.

Говядина, тушёная на костре, свежие лепёшки, вино. От невероятных ароматов кружилась голова.

Сакрум обошёл её, оглядел с разных сторон и тихо приказал:

– Отужинай со мной.

Атанаис смиренно направилась за ним, присела на подушки, служившие вместо стульев. Шамширка, прислуживающая Сакруму, поднесла чан с водой.

– Руки моет сначала гость, затем хозяин, – с тёмной полу улыбкой объяснил он.

Когда руки были вымыты, он предложил ей угоститься и стал молча за ней наблюдать.

Атанаис попробовала мясо и заулыбалась: мягкое, сочное, тушеное на костре с душистыми специями.

Шамширцы точно знали толк в мясе. А такой мягкой лепешки с хрустящей корочкой она не ела уже очень давно.

– Целителю нужно хорошо есть, – сказал он, положив в тарелку несколько кусков мяса.

– Меня хорошо кормят в лагере, – сказала Атанаис, слегка покривив душой. Еды хватало, но она не была такой вкусной, как на ужине у повелители Шамшира. Мясная похлебка с редким кусочком мяса и крупой уже сидела в печёнках.

Однако она не жаловалась: видела, что остальные женщины питаются также. Сушёных фруктов с лета почти не осталось. Их экономили и раздавали детям.

– Ты спасла жену и ребенка одного из моих Братьев, – сказал Сакрум, запив мясо вином. К своему бокалу Атанаис не притронулась. Никогда не любила пить.

– Это мой долг, — с достоинством ответила та, с трудом сдерживаясь, чтобы не проглотить всё блюдо этого чудесного мяса целиком. Кусочки красиво и притягательно лежали на большом листе тонкого лаваша, пропитанного мясным соком.

Сюда бы запечённых овощей! Отец любил так делать. Помидоры, луковые кольца, чеснок, баклажаны и кабачки. Невероятная форма блаженства! Живот предательски заурчал, Сакрум услышал.

Атанаис густо покраснела: какой стыд!..

— Не стесняйся, — сказал тот с улыбкой. — Будь моей гостьей. Я уважаю своих гостей. К тому же, таких красивых.

— Гостья? — осмелилась открыть рот та. — Или пленница? Гости вольны уйти в любую минуту.