Неземная любовь

От противотуманных фар проку было мало. Внедорожник ехал словно по дну молочной реки.

Пробираться приходилось почти на ощупь. При этом машина то подскакивала на кочках, то ухала в ямы.

— Знаешь, Вар, — обратился к другу Макс, — у меня такое ощущение, что мы не в Англии, а где-то в глухом Подмосковье.

— И не говори, — улыбнулся тот.

Вар? – снова удивилась Абигейл. Почему они называют друг друга столь странными именами?

Макс посмотрел на неё:

— Хочешь, я сяду за руль?

Ну конечно, типичный мужской шовинизм – женщина в сложных условиях справиться неспособна.

— Нет, спасибо, — гордо отказалась она, одарив его язвительной улыбкой.

А в следующую секунду резко ударила по тормозам, чуть не врезавшись в дерево, выросшее из мутно-белой мглы прямо перед капотом. Машина заглохла. Вот проклятье, очевидно, она не заметила поворот. Всё этот шовинист – отвлёк так не вовремя! А впрочем, сама виновата – нечего было вертеть головой.

Она завела двигатель и попыталась быстро сдать назад – но не тут-то было! Машина жалобно визжала, усердно вращала колесами, однако с места не двигалась.

— Прекрати! — воскликнул Макс. — Только хуже делаешь!

Абигейл убрала ногу с педали газа. Обидно было до жути. Так опозориться перед парнем, который нравится, да ещё сразу после того как он усомнился в твоих способностях! Завязнуть на внедорожнике – это ж умудриться надо!

Опустив стекло, Макс высунулся из машины, чертыхнулся.

Абигейл тоже выглянула в окно. Да, весело – бедолага «Лендровер» сидел в грязи глубже, чем до середины колес.

— Дай-ка, я попробую, что ли, — предложил Макс.

Теперь Абигейл не возражала. Только вылезать из салона не хотелось ни ей, ни ему.

Ухватившись за руль, Абигейл приподнялась и сместилась влево, пропуская Макса на водительское место. В какой-то момент их тела соприкоснулись. Девушка невольно замерла на мгновение. Макс тоже замер... или ей только показалось?

Сердце стучало в груди так громко, словно хотело выдать её. Побыстрей юркнула на пассажирское сидение.

Макс устроился за рулем.

Абигейл незаметно скосила на него глаза – на губах русского блуждала едва заметная улыбка. Ещё бы знать, что она означает...

Попытки Макса выбраться в раскачку тоже не принесли успеха – «Лендровер» прочно обосновался в густой скользкой грязи.

— Лопаты случайно нет? — спросил он без малейшей надежды в голосе.

— Ты не поверишь – есть, — ответила язвительно. — Хочешь с почестями похоронить мою машину?

Он засмеялся:

— Да нет, наоборот откопать.