Я тебя не...

Пригласить его на чай? Звезды светят – это неуместно, хоть час и не настолько поздний. Сатор вышел из моего дома куда позднее.

Мы брели по мощеной дорожке в полном молчании. Луна серебрила наш путь, солнечные светильники бросали уютные блики, маттиола отдавала воздуху сладкий аромат, а возле дверей лежал необычный цветок, перевязанный красной лентой. Прямо на пороге. Интуиция забила набатом, и я почему-то остановилась, а дальше все произошло так, словно время замедлилось.

Вэйлина открыла двери, чтобы меня встретить, заметила цветок и потянулась к нему.

Черная роза…

Черная роза, перетянутая красной летной…

В голове за секунду пронеслись десятки газетных сообщений об убитых молодых девушках, получавших незадолго до смерти черную розу, перетянутую красной лентой. От лица и сердца отхлынула кровь.

Вспышка, и цветок рассыпался пеплом прямо под пальцами Вэйлины. Дочь отпрянула, так и не успев принять подарок. Я посмотрела на Айрона – это он уничтожил цветок.

— Господин Гордон… — прошептала растерянно.

— Это еще ничего не значит. Возможно, чья-то глупая и очень неудачная шутка. Ложитесь отдыхать и ни о чем не беспокойтесь. Вам с дочерью ничего не грозит.

Айрон исчез так стремительно, что я не успела его поблагодарить. Да что там, даже дочь представить не успела.

— Мама? – испуганно спросила Вэй.

— Все хорошо, родная, идем, — я крепко обняла дочь и проводила в теплоту родного дома.

Неужели Сатор так низко пал? Неужели он имел в виду, что убьет мою дочь, если я откажусь стать лиреей? Кто еще мог послать ей этот цветок, да еще сразу после моего отказа! Завтра я его уничтожу! Я его по стенке размажу! В этом мире есть только одно сокровище, за которое я буду биться насмерть – это моя дочь.

От опрометчивой поездки к Сатору прямо сейчас меня удержала только Вэйлина. Она хотела поговорить!

Глава 26

Вэйлина Кристолл, за шесть часов до этого

Кельвин приближался медленно, шаг за шагом выжигая в моей душе остатки надежд на человечность.

— Я слышал, мой магнот у тебя, Лас. Гони сюда.

— Забирай и уходи! Мы тут немного заняты.

— Вашу занятость наблюдаю, — согласился он, плюхнувшись с магнотом на лавку. Он скучающе распахнул его, безразлично пролистал страницы, на одной из них остановился и изменился в лице. Оно вытянулось, заострилось, налилось тяжестью, какой наливается небо перед грозой.