Метель для дракона

Можно было бы их разводить.

– Чтобы они нам всех рыбаков сожрали? Ну уж нет, – проворчал под нос граф, но призадумался, замолчав.

Отряд тем временем уже спустился к городу, и стража на воротах вытянулась, отдавая честь. Копыта лошадей застучали по вычищенной от снега мостовой, и Теймен непроизвольно выдохнул. Здесь не было того ураганного ветра, который гулял за стенами, поэтому можно было больше не кутаться в плащ.

Праздным взглядом осматривая город и его жителей, он невольно отметил, что приготовления к празднику уже начались, хотя до него оставалось больше двух недель.

От дома к дому протянулись цветные ленты. Двери украшали венки из еловых ветвей. Во многих окнах стояли светильники в форме священного быка. Повсюду пряно пахло гвоздикой.

Копыта коня застучали по камню центральной площади, и Теймен потянул за поводья, останавливаясь. Место, где он появлялся чуть ли не каждый месяц, кардинально переменилось.

В самом центре площади стояла красиво украшенная статуя богини плодородия. Ее правая рука поддерживала раскрытый мешок для подношений, левая обнимала шею священного быка.

Вокруг носились закутанные в шубы дети. Нарядно разодетые жрецы тщательно следили за тем, чтобы никто из них не посмел осквернить божество, заодно принимая дары.

По краям площади расположились разноцветные палатки, предлагающие всевозможные праздничные товары. От многих сладко пахло выпечкой и пряным вином. Несколько торговцев расхваливали драгоценные украшения и, судя по доносящемуся с той стороны зову, довольно неплохие.

Народ сновал между ними, разглядывал товары, торговался, громко перекрикиваясь с продавцами. Рядом с пряничной палаткой стояла низкорослая девушка, практически на голову ниже любого на этой площади, отчего не заметить ее было просто невозможно. Она куталась в теплую шубу и плащ и напоминала забавный комочек.

Когда бы Теймен ни приезжал в Эагард, он каждый раз искал ее глазами в толпе, и это стало своеобразной традицией. Найти ее удавалось не всегда, но, когда это происходило, настроение само собой улучшалось, словно она была его своеобразным символом удачи.

Кто она и откуда, он не знал, но до сих пор его это и не волновало. Внешностью незнакомка была похожа на степнячку, но здесь, на севере, с тех пор как Онгерию захватили степные народы, часто стали встречаться представители их племен. К тому же в Золотогорье всегда стекались торговцы из многих земель.

– Ты чего застыл? – усмехнулся Ханс, разворачивая коня и возвращаясь.