Королевство Праха и Костей

Высокий златовласый юноша с пронзительными синими глазами, перехватил руку разъяренной девицы.

- Амелия, довольно! - процедил он, стальной хваткой стискивая ее запястье.

- Николас, ты ослеп? - взвизгнула Амелия, тщетно пытаясь высвободиться. - Ты видел ее патлы? Глазищи? Она же сущее зло!

- Включи рассудок, - отрезал Николас ледяным тоном, выкручивая ей руку. Всадница взвыла.. - Мы в столице, а не в глухомани. Представь, как будет выглядеть, если дочь герцога на главной площади запорет нищенку до полусмерти? Тебе нужны грязные сплетни?

Амелия зашипела, как разъяренная кошка, но возражать не посмела.

Выдернула ладонь и одарила меня испепеляющим взором, явно мечтая обратить в пепел. А Николас уже шагнул ко мне, грозно возвышаясь скалой и заслоняя солнце. На миг я залюбовалась его точеным профилем, высокими скулами и волнистыми прядями, сияющими золотым нимбом. С такой внешностью ему место среди богов. Жаль только льдистые глаза оставались холодны, а брезгливая гримаса уродовала прекрасный лик.

Он навис надо мной, так что кончики наших носов почти соприкасались. В ноздри ударил пряный аромат сандала и можжевельника, исходящий от его одежд. Терпкий, дурманящий, с легкой горчинкой мускуса. Голова закружилась, дыхание сбилось. А потом я почувствовала мощную волну исходящей от него магии - чистой, первозданной, всепоглощающей. Воздух вокруг задрожал и заискрился, словно наэлектризованный.

Осознав, что творю, я испуганно отпрянула, мысленно отвесив себе оплеуху.

Дура, опомнись! Тебе что, жить надоело?

От Николаса не укрылось мое смятение. Золотая бровь вопросительно изогнулась, в синих глазах промелькнуло нечто странное, почти заинтересованное. Но тут же сменилось брезгливостью. Словно стряхнув наваждение, он наклонился, подобрал мою перевернутую корзинку и швырнул мне в руки. Золоченые шпоры звякнули, когда он поспешно попятился, будто боясь подхватить заразу.

- Забирай свое барахло и проваливай, - процедил красавчик, кривя губы. - И не смей более докучать благородным людям.

От таких, как ты, за версту нищетой разит, мутит от вони.

Его слова хлестнули больнее пощечины. Жгучий стыд залил щеки, на глаза навернулись слезы.

- Эй, Ник, ты чего к замарашке прицепился? - заржал смазливый кучерявый брюнет с наглой ухмылкой. Похотливо стрельнув в меня глазами, он подмигнул:

- Никак перепихнуться решил по-быстрому? Не советую, друг. С такой шлюхи дурную болезнь подхватишь - замаешься лечить.