Миднайт

Он попытался изобразить праздное любопытство, но скрыть настороженность во взгляде ему не удалось.

— Ты мне не доверяешь, — констатировала Лисса. Билл кивнул, не отрывая от нее взгляда.

— Ты знала мое имя.

— Я не знала, — возразила девушка. — Оно просто как-то само вскочило в голову. Мне кажется, я от кого-то слышала о вас с Энни незадолго до падения. Мое последнее четкое воспоминание — из прошлой жизни, до того, как я попала в Миднайт.

— Значит, ты знаешь о Миднайте?

— Да. Вот только не помню, как давно я здесь.

Я уверена, что была затворницей, я смутно помню, что со мною был кто-то еще, но это, пожалуй, все, что я могу сейчас сказать.

— Это плохо, — Билл покачал головой и вдруг нахмурился. — Говоришь, тебя зовут Мелисса? Значит, это тебя похитили по приказу...

— Кого-то из дворца, — закончила за него Лисса. — Да. Об этом и есть мое последнее воспоминание: меня похитила какая-то женщина, назвавшая меня по имени.

— И она усыпила тебя? — уточнил Билл.

— Она закрыла мне глаза рукой, и я уснула.

— Кто-то из замка приказал тебя похитить, и они знают, как тебя зовут... Но ты сейчас не в Дредфул-холле, а здесь. Значит, ты в розыске, и ищут тебя далеко не охотники. Что вообще им от тебя понадобилось?

— Ума не приложу, — пожала плечами Мелисса. — Может, мне кто-то об этом и говорил, да вот беда, у меня все из головы вылетело. Теперь я могу немного поспать? Пожалуйста.

Билл кивнул.

— Конечно. Пойдем, я отведу тебя в хижину. А когда проснешься, Энни осмотрит твои царапины.

Он помог ей подняться.

Она была очень слаба, ноги подгибались, и, к тому же, каждый шаг отдавался болью в голове. Но Лисса заставила себя молчать и храбро держалась всю дорогу до хижины, показавшуюся ей невероятно длинной.

Жилище Билла и Энни представляло собой маленький шалаш из веток и листвы. Незаметный среди зеленой травы и деревьев, домик походил на большой куст, и то, что находилось внутри, было скрыто от посторонних глаз. В шалаше стоял полумрак, но все же можно было разглядеть на полу две подстилки из тех же веток и листьев, накрытые каким-то тряпьем.

— Ложись, — Билл указал на одну из лежанок. Мелисса осторожно, чтобы не причинить себе еще большей боли, улеглась поудобнее. Билл накрыл ее обрывком старого покрывала и, пожелав спокойного сна, вышел из палатки. Мелисса сладко зевнула, закрыла глаза и мгновенно провалилась в глубокий сон.

Прошло три дня. Мелисса потихоньку оправлялась от падения, ранки и царапины заживали, и вроде бы все налаживалось.