Кухарка для дракона

Я подняла на него затуманенный взгляд и чуть не закричала. Ледяные глаза вперились в меня, не оставляя и шанса избежать зрительного контакта. Так, наверное, змеи гипнотизируют своих жертв, и бедные кролики стоят перед ними, умирая в душе от страха, при этом не в силах даже шевельнуться. Лед сковал все тело, каждый мускул, я понимала, что сейчас Лирдоу наглым образом роется в моей голове, и от этого хотелось выть, но поделать с этим ничего не могла.

Опять магия! К концу отбора я буду ее ненавидеть. Если доживу.

Миг посверлив меня взглядом, князь хозяйским движением откинул юбку и, проведя ладонью по бедру от колена вверх, достал искомое.

Я вздохнула с облегчением. Наконец-то его внимание переключилось с меня на другой объект.

— Странно, — вертя брошь в руках, задумчиво произнес он. — Совершенно немагическая вещица. Даже шлейфа нет.

Ко мне вернулась способность двигаться, и первым делом подол был возвращен на место, а я отодвинулась от советника подальше. Этот тип порой пугал меня больше, чем Тиран.

Если графского сынка я уже знала, как облупленного, то сей субъект был совершенно непредсказуем и этим очень опасен. Хотелось поскорее уйти, но, увы, без помощи князя это было нереально.

— Если на этом моя миссия окончена… — спустя минуту все же решилась я напомнить о своем присутствии увлекшемуся дракону.

— Ах, да, — встрепенулся он, быстро убрал брошь во внутренний карман и вновь по-хозяйски притянул меня к себе. — Чуть не забыл, — и неожиданно меня поцеловал.

Рефлекс сработал вперед мыслей.

Шлепок — и руку обожгло болью. Советник дернулся и тут же выпустил меня из захвата, удивленно потирая наливающуюся краснотой щеку. Я вскочила с дивана и метнулась к стене, через которую мы пришли. Чего я ожидала? Ну, явно не того, что передо мной сам собой откроется проход. Просто хотелось оказаться подальше от дракона. Желательно — на другом континенте.

— Не смейте читать мои мысли! — прошипела я, и, кажется, это была основная причина пощечины.

— А я и не читаю, — спокойно пояснил князь, небрежно откидываясь на спинку дивана и не делая в мою сторону резких движений.

— У тебя на лице все написано было. Прости, если ошибся.

Советник поднялся и медленно направился ко мне, только на этот раз лицо его застыло восковой маской безразличия, даже чешуйки на носу не топорщились. И отчего-то меня это равнодушие задело. Хотелось остановить его, сказать, что не ошибся, но это было бы еще глупее, нежели влепить оплеуху первому советнику короля.

— Идем.