Академия неслучайных встреч

Выходит, далеко не всё так хорошо обстояло в академии, как все вокруг пытались продемонстрировать?

Внезапно раздался смутно знакомый голос, окликающий господина Гирдемара, и тот заспешил на зов. Оставшись одна, я снова внимательно взглянула на портрет. Должно быть, основатель академии ценил Мари Триэль, раз сделал её своим соавтором и позволил позировать вместе с ним для кисти художника. Или настоял на этом? Мне бы очень хотелось узнать, что случилось с ней после. Благополучно ли она окончила академию? Почему здесь остался её гримуар?

Поскорее бы Кей вернулся! Я направилась к столу, где меня уже ожидали учебники по истории чернокнижного дела.

И когда только господин Гирдемар успел позаботиться? Сам он куда-то подевался, и в библиотеке снова наступила тишина, лишь скользил по паркету солнечный зайчик. Я вздохнула и уселась за книги.

Спустя некоторое время я поддалась соблазну высказанного Кеем предложения и решила сделать шпаргалки. К тому же, плеер пока разрядиться не успел. Но клавиатуры у него не имелось, и для того, чтобы перебросить туда материалы, следовало присоединить его к другому устройству.

Вот только компьютеры здесь несколько отличались от привычных. Может быть, попробовать написать обычные бумажные шпаргалки?

Эта забота немного отвлекла и от мыслей о девушке с портрета, и от собственных тревог о том, как там Кей и Ваур. Я чувствовала некоторую неловкость из-за того, что они рисковали в то время, как я спокойно сидела за столом и перелистывала страницы учебников. Почему-то я не сомневалась в том, что, будучи пойманными, они оба меня не выдадут.

Возможно, напрасно, но я привыкла видеть в людях лучшее. Или, учитывая здешнюю специфику, не совсем в людях.

Я в самом деле так думала. Даже после того, как обманулась в разговоре с Теа Собрен. Ведь совсем никому не доверять тоже плохо. Превращаешься в подозрительное, нервное существо вроде старухи Шапокляк. В кого-то, кто не верит в чужую искренность, да и сам всё больше теряет способность совершать справедливые и бескорыстные поступки.

Прошло уже довольно много времени, а Кей всё не возвращался. Чёрные строчки на белой бумаге сливались, и смысл их терялся, ускользая от меня, как юркая рыбка. Голова стала тяжёлой и клонилась всё ниже. Похоже, ночью я действительно не выспалась. Сначала спиритический сеанс, а затем... нет, так и не могу вспомнить...

- Яна!

- Яна!

- Молодая госпожа!

Голоса доносились до меня словно через плотную туманную пелену. Далёкие, негромкие.