Академия неслучайных встреч

Если захочет, сам когда-нибудь расскажет. Если нет... что ж, в любом случае, не моё дело.

- Он помог нам, чем смог, - заступилась я за Ваура. – И госпожа Крайм видела его. Вы оба рисковали...

- Ректор не будет к нему строг, - отмахнулся Кей.

Я вспомнила, как он уже говорил о том, что инкубу дозволялось больше других. Возможно, так оно и обстояло. Всегда и везде существовали привилегированные особы, и многие из них вели себя так, словно им закон не писан.

- А к тебе? – спросила я.

Кей поднял на меня взгляд.

Сейчас его глаза были совсем тёмными, почти чёрными. Мне уже не в первый раз казалось, будто они меняли цвет. То выглядели тёплыми, шоколадного оттенка, то становились янтарными, с яркими искорками в глубине. А вот теперь на его взор словно набежала чёрная туча.

- Не волнуйся. – Кей вдруг протянул руку и накрыл ладонью мои пальцы. – Я что-нибудь придумаю. Может, повторим сеанс?

- Нет, - решительно отказалась я. – Мы и так нарушили правила академии.

- Мне не привыкать, - невозмутимо отозвался собеседник.

- Уж не сомневаюсь, - фыркнула я. – Но лучше не надо. Тем более, если строго-настрого запрещено. Неспроста же. Возможно, какие-то случаи...

- Так говорят, - пожав плечами, заметил Кей. – Будто какая-то девушка вызвала дух основателя академии. Уж неизвестно, о чём ей захотелось с ним побеседовать, но наутро её нашли мёртвой с клочком бумаги во рту.

- Ой!

- А на бумаге оказалось написано, что чересчур любопытные должны быть наказаны.

Почерком Иртольфа Эрмеслана. С тех пор запрет на спиритические сеансы принят официально.

- Из-за чего она умерла?

- Видимо, от страха.

- А если бы с нами случилось то же самое?

- Да ладно тебе! – засмеялся Кей. – Всего лишь жутковатая история, которую рассказывают студентам. Вроде тех, какими занимается доцент Крайм. Я вот никогда в них особо не верил. К тому же, мы ведь не основателя академии Эрмеслан вызывали.

- Но Мари Триэль была связана с ним.

Избегая упоминаний книги и закладки, я рассказала Кею о портрете, который мне показал библиотекарь.

- Лучшей ученицей, значит, - задумчиво повторил он. – Прямо как Теа Собрен у профессора Андриха. Он всё надеется, что, получив диплом, она останется работать в академии.

Я вспомнила госпожу Дорлин, секретаря ректора. Он ведь сказал, что та выпускница академии. Похоже, здесь такая традиция – оставлять при себе самых способных студенток.