ГОВОРЯЩАЯ С ПРИЗРАКАМИ: Демониада

Такое сравнение не зря пришло Насте в голову — внизу и впрямь находилось сиденье, на котором в расслабленной позе сидел высокий человек в темно-фиолетовом, почти черном костюме. Настя уже видела этого демона. На его пепельных щеках по-прежнему были следы от слез. Она вся внутренне сжалась, вспомнив о той боли, которую он мог причинять одним взглядом.

Но демон, похоже, не собирался ее мучить, он поднялся и сошел к ней с трона. Протянул руку.

— Белиал.

Настя не была уверена, что демонам можно жать руку. Даже спрятала свою за спину, чтобы не поддаться искушению быть вежливой.

— Умная. Повелителю царства мертвых руку лучше не жать.

Он по-своему был невероятно прекрасен. Корона, которая, казалось, вросла в его голову (или выросла прямо из-под кожи?) придавала ему царственности.

— Почему я здесь? Я умерла?

— Умерла? Нет... Я тебя похитил. Иначе тебя бы растерзали демоны. Кто вообще надоумил тебя пить райскую траву?

— Азазелло.

— Зачем?

— Он обещал рассказать правду о графе Виттури.

— О Самаэле?

Настя кивнула.

— Понятно... Азазелло знал, что я там буду...

Белиал снова направился к трону. Настя ахнула: из его черного камзола на спине торчали кости обломанных крыльев.

Демон повернулся.

— Да. Я тоже падший ангел. И чтобы ты знала, в моем падении виноват Самаэль. Как и в падении всех остальных. Это по его вине мы озлоблены на мир. И все зло существует благодаря твоему хозяину.

— Он мне не хозяин, — возмутилась Настя.

— Слезы на моих щеках застыли навечно.

Белиал с ненавистью обвел рукой свои черные владения.

— Впрочем, скоро ты тоже возненавидишь и это место, и его. Ведь ты тоже здесь по его вине. Отсюда тебе уже не выбраться.

— Я здесь, потому что ты меня сюда притащил!

— Самаэль... Ядовитая тварь... Сладкоголосый демон-искуситель, — словно не слушая Настю, ворчал Белиал. — Да его ненавидят и ангелы, и демоны. Вот увидишь, все только вздохнут с облегчением, когда он исчезнет с лица земли.

— А почему он должен исчезнуть?

— Ноктурна сможет его уничтожить, таково ее назначение.

Внутри Насти все похолодело.

— Он уже убил ее однажды, убьет снова.

— Теперь он слабее, — с нескрываемым удовольствием ответил Белиал. — Теперь у него есть ты.

— Я?

Настя опешила.

— Ты для него ведь особенная смертная?

— Если бы... — Настя отвечала искренне, с горечью. — Но увы, я для него ничего не значу. Вы ошиблись.