Рок и Кара

Впереди меня, тоже величаво и с полным осознанием важности своей миссии, вышагивали сестры. В их руках были корзины с розами. Красные и белые лепестки, щедро рассыпаемые девочками, смешивались на полу в одну шелковистую реку. Я ступала по ней и с каждым шагом все лучше могла рассмотреть лицо Рока. Оно, как всегда, было абсолютно спокойным и не выражало никаких эмоций. Лишь один раз его глаза блеснули ярко и победно — когда он приподнял с моего лица фату и взял за руку, чтобы подвести к жрецу.

— Мы собрались здесь, чтобы скрепить священный союз! Сегодня двое навечно свяжут свои судьбы.

Пусть боги будут милостивы к их решению!

«Едва ли», — меланхолично подумала я.

Я смотрела на Рока невидящим взглядом. Мыслями же все время возвращалась к Нику и его письму. Высокий голос жреца уверенно разносился под сводами храма. Рок чуть ощутимо сжал мои пальцы. Я с удивлением посмотрела на его невозмутимое лицо. Что означал этот жест? Поддержку, сочувствие, молчаливый вопрос? Поколебавшись, я сжала его руку в ответ и почувствовала, как напряжение, исходившее от Рока, ослабло.

Жрец вручил нам короткий ритуальный нож. Произнося слова древней клятвы, я резанула лезвием по ладони и передала клинок Року. Тот не колебался. Проделав то же, что и я, он протянул мне раскрытую ладонь с выступившей на ней узкой алой полоской. Я медленно соединила наши руки. Наша кровь смешалась и одной большой тяжелой каплей ухнула вниз, в подставленную жрецом чашу с водой.

— Единство крови, души и тела! — с упоением провозгласил жрец, всматриваясь в воду, которая приобретала бледно-розовый оттенок.

Он обернулся к нам и продолжил: — Ее Величество Кара, королева Тринадцати кланов, и Рок — двенадцатый сын вождя из клана Черного Медведя, объявляю вас мужем и женой! Да пребудет с вами мудрость богов!

Огромный зал величественного храма утонул в радостных криках.

Сестры за моей спиной завизжали самым недостойным образом. Я обернулась, смерила их осуждающим взглядом, но они лишь обнялись и запрыгали на месте, ни на секунду не закрывая ртов.

Я вздохнула и тоже совершенно недостойно повела себя — закатила глаза.

В этой суматохе поцелуй Рока — простое прикосновение губ к губам — остался в памяти как что-то мимолетное и словно бы смазанное. Он не вызвал в душе ни протеста, ни радости.

Я положила руку поверх руки Рока, и мы, принимая поздравления, двинулись по проходу в обратную сторону.

***

Пир, устроенный в честь нашей свадьбы, все длился и длился.